активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » [l o v e] more than a n y t h i n g // [marvel]


[l o v e] more than a n y t h i n g // [marvel]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

[l o v e]  more than  a n y t h i n g


Клинт Бартон & Наташа Романофф // Вормир // 2014/2023

https://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/794/t925947.png

Л ю б о в ь она ведь с нами повсюду, куда бы мы не ступали; как бы не пытались её отрицать. Думаем, что промолчав, не обозначив это чувство вслух, сделаем легче друг другу. Однако усложняем жизни обоих каждый раз; каждый день своим отрицанием и отчужденностью. Разве может быть сложнее, чем есть сейчас? Скорее да, чем нет. За мной есть должок, с которым надо расплатиться. Ты как никто заслужил прожить жизнь н о р м а л ь н о, если к нам такое слово вообще быть может применимо. Я приняла решение. Я сделала свой выбор.

Отредактировано Natasha Romanoff (2021-10-23 23:12:55)

0

2

I    n e v e r    d r e a m e d    t h a t    I   m e e t    s o m e b o d y   l i k e    y o u
A n d    I      n e v e r     d r e a me d    t h a t    I    l o s e    s o m e b o d y    l  i k e    y o u

Мертвая планета и два странника бредущие к возвышающейся в центре скале, как знак того, что именно это и есть заветная цель. Вовсе не потерянные, не заблудшие, а пришедшие исполнить своё предназначение; выполнить ту часть долга, который взвалили на свои плечи по собственной инициативе, став спасателями человечества; той его части, что смирилось и научилось жить дальше в новом мире; опустевшем мире. Вормир прекрасен, даже в том казалось бы пустынном и заброшенном обличие. От его внешнего вида чуть ли дух не перехватывает и всё же в воздухе зависло ощущение тревожности, словно крылась в этой красоте некая опасность, но возможности вернуться обратно без камня у Наташи и Клинта не было. Только подниматься вверх, полной грудью вдыхать тяжелый воздух, собирая в себе остатки своих сил, которые были на исходе.

Никто из них двоих не жаловался [ибо было ни время и ни место]. Всегда идущие напролом к заветной цели. Оба преданы своей карьере супергероя, но при этом в отличие от Наташи, Клинту было за что зацепиться в реальном мир, далеком от статуса спасателя. Его кто-то ждал дома, а Романофф же была одиночкой, которая посвятила всю себя шпионажу и карьере агента. Удивительным образом она нашла свой дом в отряде «Мстителей», но и они потеряли свою целостность после щелчка Таноса, да и Бартону досталось ничуть не меньше, когда его семья превратилась в подобие пепла, который развеял ветер. Выбор Таноса; его решение стерло так много людей; друзей; членов семьи, о которых помнили, даже спустя пять лет. Ради их возвращения всё это и затеяно; ради того, чтобы этого щелчка не произошло, Наташа отправилась с Клинтом на поиски одного из злосчастных камней, дабы изменить прошлое, устранить надвигающуюся на мир угрозу. Разве кто-то говорил, что будет легко? И дело не только в восхождении по крутому подъему, порывистому ветру, что бил в лицо, надеясь побудить их вернуться, одуматься. Назад пути нет, и эти двое отчетливо себе это представляли, но не знали, даже представить не могли, что их ждет дальше.

[с ним готова ввязаться в любую авантюру, потому что знает, Клинт всегда её подхватит; верный друг, который был дорог её сердцу; что-то большее, о чем не говорит вслух; б о и т с я // враг никогда не дремлет, рыщет в поиске человеческих слабостей; нужно быть скрытными, не ставить под удар жизни близки людей из-за чувств, в которых сами не до конца разобрались; оба понимают, что не могут порознь; оба понимают, что и вместе быть тоже не получится, ведь одного желания так мало // всегда препятствия, всегда барьеры между ними возводятся; рискнуть, надо просто р и с к н у т ь; да разве хватит сил? хватит ли смелости? // любовь, доводящая до отчаяния; чувства сердца рвут на части; быть вместе – так просто; быть вместе – так сложно, но просто хочется; разве не заслужили? любить, быть любимыми, ведь это так просто].

На заветной вершине, еле переведя дух, хватаются за оружие; средства обороны для смертных, но перед ними разве такой? Ничто не казалось странным, привыкли к тому, что их жизнь ненормальная. Пришельцы, чудовища, духи – любая ересь, что существует, уже не способна удивить, вывести из зоны комфорта. Привыкли к любому проявлению ненормального; такова сейчас жизнь.

[float=right]https://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/794/t742278.gif
[/float]- Кто ты такой? – Произносит Наташа, выставляя перед собой пистолет, наводя его на незнакомца в черном плаще, парящем над землей. Проводник их; любых, кто решится ступить на эту землю, дабы добыть камень души. Он не озадачен появлением ещё двух людей. Одни «из»; ничего выдающегося; сколько таких было на веку? Сколько из них добивались той цели, ради которой пришли? – Скажи где камень, и мы сразу уйдем. – Проводник подводит обоих к обрыву, словно сотворенному для принесения жертвы. Это место с самого начала было пропитано смертью, разве можно удивиться, что именно она может стать ключом к добыче одного из камней бесконечности?
- Искомое здесь перед вами, как и ваши страхи, скрытые внутри вас. – Наташа стоит у самого края, смотрит вниз и холодный ветер треплет выбившиеся из её косы локоны. Холодно на этой планете, срывается снег, снежинки игриво кружатся в воздухе. Ответ очевиден, но разве его можно принять? -  Камень получит тот из вас, кто утратит того, кого любит. Принесет великую жертву. Душу за душу. – Наташа не удивляется, а лишь брови свои хмурит от услышанного. Догадывалась ведь, что этот камень раздобыть будет посложнее, чем остальные. Догадывалась о жертве Таноса, что принес по собственной воле, погубив ни в чем неповинную приемную дочь Гамору. Прибыли на эту планету вдвоём, а в итоге он ушёл один, сжимая в руке камень души. Её души; его жертвы. Больше всего на свете, так сильно я люблю тебя, Клинт, - промелькнуло в мыслях Романофф. И сердце сжимается от принятого решения и другого принять не может. Он сильнее, чем она, справится; раны свои залечит, залатает; путь к своему сердцу оборвет на время, но придёт миг, придёт новая любовь и оно оттает. Непреклонная, решительная, идущая к заветной цели. Всегда знала, что хэппи эндом её жизнь никогда не закончится. Не для неё это всё, так жизнь Романофф закончиться не может, а вот умереть героем, чем не шанс заявить снова о себе? Принести себя в жертву ради благой цели - лучшая смерть; геройская смерть. Она не заплачет; слез своих на вкус соленых не проронит, потому что сильная; отчаяния в ней есть, но надежды больше и это всё копит в себе; г л у п а я, не делится своими чувствами накопленными; всё в себе держит, так всегда было. Таков удел черной вдовы. Решение принято, быть может ни ей и ни сейчас, да какая в самом деле разница? Итог предрешен и лучше пусть он будет таким. Наташе будет проще умереть от того что знает, умирает ради благих целей; ради друзей, ради любви в конце концов. Так больно прощаться с человеком, зная, что больше не свидеться, ни встретиться. Смотрит в знакомые черты лица Бартона, стоя напротив него, взгляд устремлен в глаза такие родные, любимые и любящие. Этого-то она всегда боялась, скрытых чувств, да и притом взаимных. Не хотела причинять ему боль, душевные страдания, но всё во благо, ради великой цели. К тому ведь всегда стремимся? Этого ведь хотим постигнуть?

- Не раздобудем камень, люди останутся мертвы. Миллионы людей, Клинт. – Озвучивает вслух факт, который оба знали, догадывались. У неё не было сомнений в том, что погибнуть должна именно она. Погибнуть ради благой цели, разве не мечта для героя? Наверное, таким и представляла себе свой конец. Умереть от старости или от болезни - не про неё; погибнуть от рук врага вероятнее, но не сейчас, когда мир, словно расколот и даже злодеи предпочитают прятаться, потому что тоже скорбят от утрат. Каждый несёт своё бремя; каждый натворил много бед в этой жизни; зачем их считать? Разве это нужно делать, в самом деле?  [float=left]https://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/794/t800969.gif[/float]- Не надо, не усугубляй, прошу, я так сама решила. – Смотрит в глаза его цвета неба в ясный день, теплом обволакивающие, чувствами томящимися согревающие. Б о л ь н о, но не признается, как всегда слишком гордая. Чувства свои сильные, безграничные при себе оставляет; их отключит, ибо с ними на такой шаг не решится, но может на мгновение, может на пару минут перед свершением чего-то важного в своей жизни, приоткроет занавесу к чему-то ранее для него недоступному. Что так отчаянно скрывала внутри себя; прятала, уберегала, дабы не стать для него занозой, от которой избавиться хочется; потому что рана саднит, надрывает. Прикладывает ладонь к его щеке, прижимается своим лбом к мужскому лбу. Сейчас бы взяла и поцеловала, но это было выше её сил. Не такой последний миг она хотела бы потерять; не такой хотела бы оставить память о себе. Сдерживается из последних сил. Знает, что будит противиться; сопротивляться решению принятому. Так просто не сдастся, не согласиться занять её сторону. Почему так сложно отпустить, когда этого просят? Пусть не произнося этого вслух, но это так очевидно.

N o,    I    d o n ' t    w a n n a    f a l l    i n    l o v e
w i t h    y o u

[от-пус-ти. вытесни из своей головы, как вещь ненужную; не борись, не сопротивляйся, прими, как должное, ведь оказывает ему услугу, за которую ничего взаймы не попросит; одним человеком больше, одним меньше; земля круглая, далеко не плоская; найдет, чем затмить её отсутствие, сейчас не время  думать о жертве ею принесенной, а людей надо спасать, оборачивать время вспять // жаль, что не увидит мгновение победы; не услышит ликующих воплей друзей, что наверняка вернуться; она верила, что победа близка, что ещё можно всё исправить, нужно лишь приложить усилие; принести человеческую ж-е-р-т-в-у; умереть, но не воскреснуть; пасть смертью храбрых, быть героем в глаз друзей, в глазах родных; они – всё, что у неё есть; они – всё, что у неё осталось; в этом и кроёт смысл жизни, её жизни].

+1

3


     Мы научились расходится по углам,
           чтоб не пришлось любить друг друга в центре зала…


[indent] эти отношения {которых не было // которых не могло_не должно было б-ы-т-ь} с самого своего начала были обречены на фиаско. мы оба, это знали, не так ли, девочка, моя рыжеволосая? девочка все еще столь юная, не смотря на все десятилетия, что ты успела уже разменять: для меня ты — все та же девчонка, что смотрела на меня пытливо так хризолитом, подведенных иссиня-черным глаз своих в том самом будапеште, когда началась история той любви, которой не было в гобеленах небесной канцелярии {но от того и еще более горчащей полынью на искусанных твоих губах, с которых я сцеловывал амброзию}. эти отношения были п-р-о-в-а-л-о-м. с обоих сторон, как ни крути, да, таш? ты же помнишь, верно? я говорил тебе и не раз, черт побери, что треклятущее танго всегда танцуют вдвоем и ответственность вешать на кого-то одного в этом случае не получится.
[indent] но мы... мы были обречены с самого начала. все, что было с нами за все эти лета {ты считала ли их? хоть раз пыталась ли? сколько этому безумию отведено было? десять? пятнадцать? двадцать? больше? мы всегда были много б-о-л-ь-ш-е во всем, да, родная моя?} вело нас именно сюда. именно на этот ебаный вормир, где мы стали одними из тех, кто вершит судьбы всей вселенной. слишком высоко-пафосно для [не]обычной русской шпионки и обычного [просто более меткого, чем много прочие и только] американского агента, да? но... мы — мстители. о, сколь часто и как гордо мы это повторяли в том прошлом, до которого уже не добраться // не дотянуться // как же мы верили, как же жили этим смыслом, будучи героями своей планеты: теми, кто всегда придет на выручку, кто убережет от беды // кто всегда будет радеть за людские жизни и их спасение {скольких мы тогда теряли, скольких потеряли теперь? разве ж мы, герои, таш? герои?}. первая и все же и последняя тоже линия обороны земли. проигравшие, но все еще не сдающиеся. никогда, да? ты была той, кто вернул меня в семью {ту, что не заменит лоры и моих детей, но не менее важной, ты же знаешь, наташа, ты же правда это всегда знала. с тобой мне ведь это и вслух не нужно озвучивать. посмотри своей зеленью в мой лед — подтверди то, что я и так всегда знал: мы сплетены с тобою куда более крепче, чем лианы вакандийские} // и я снова сделал это. снова стал тем самым бартоном, которого монотонно и кропотливо со всей своей въедчивостью и кропотливостью изживал из самое себя за эти слишком долгие для одного человека, потерявшего жену да детей пять лет, в которых он омывался чужой кровью и жил смертями, чтоб только не позволять себе чувствовать что-то другое. и ты знала это, родная, знала, когда летела за мною на улицы токио — знала: ты та единственная, которой я не смогу ответить звонкого "нет", чтоб развернувшись уйти по алым рекам, мною же пущенной крови якудзы.
[indent] ты ведь знала, только ты, наверное, из всей нашей команды всегда и понимала — насколько я устал от этого псевдо-геройства: я в отличие от всех вас всегда был о-б-ы-к-н-о-в-е-н-н-ы-м {и можете мне сколь угодно припоминать все тони, только вот и он после возвращения ушел в отставку, разве ж нет?} // у меня была жена {и пусть мы уже давным давно стали скорее добрыми друзьями да соседями, ну и родителями, куда уж без родительства-то, когда у вас целых трое детей на двоих!} и мои дети. я не хотел больше ничего. я был готов отпустить даже тебя. как бы не звучало это горько // как бы не было это ж-е-с-т-о-к-о, но я понимал, когда мы с остальными при помощи капитана выбрались из рафта, что в этот раз выбор станет окончательным. и я сделал его. да, я ненавидел себя за это // да, я никогда не переставал тебя любить, но... ты никогда бы не смогла оставаться в стороне, таша {это в твоей природе, это практически вшито в твое днк, как и та сыворотка, что в венах твоих плавится уже которое десятилетие!}, а я просто хотел эгоистично быть  может, но все же видеть, как взрослеют мои дети. и я ушел. ушел в первую очередь от тебя. разрезая наживую все те капилляры, что нас соединяли // умывался по утрам собственной кровью венозной и сходил с ума от отчаянного желания никогда тебя не терять и никогда вместе с тем тебя не знать. но так было правильно. так должно было быть. потому, что у меня было трое детей. и они не были виновны в том, что их отец влюбился в девчонку, которая никогда ему полностью // всецело и не стала быть принадлежной {ты все еще та самая кошка, которая гуляет сама по себе и в темноте твои глаза зеленые еще ярче и слепят меня, деморализуя!}.
[indent]  вормир. год этак то ли две тысячи четырнадцатый, в который мы скакнули с базы мстителей, где ты обещала своему лучшему другу вернуться через минутку {и он видимо все еще единственный к кому я так и не научился не ревновать и ревновать одновременно, так и сподобившись постичь ту мистическую связь, что вы сплели меж собою меж тобою и роджерсом!} // аль двадцать третий, в котором мы все все обрели — н-а-д-е-ж-д-у. каждый из тех, кто выжил // кто остался.
  [indent] вормир. обитель мертвых. обитель камня души. и осознание, что настигает нас обоих со словами к нам обращенными хранителем камня. плата // расплата, что быть может, прозвучит точнее в нашем случае? {и мне это даже вслух озвучивать не нужно _ ты всегда меня по глазам, наклону голову, изменившемуся дыханию умела прочесть так, как лоре и подавно не снилось}... душа за душу... и в этот момент откровение небулы, что танос ушел сюда с гаморой, а вернулся один не кажется таким уж и странным. титан пожертвовал душою собственного {пусть и не единокровного} дитя взамен на камень. и нам предстоит подобный обмен. душа за камень. камень за душу. условия предельно просты и обсуждению и торгу не подвластны, сколь не старайся.
[indent]  но... нет! хочется кричать // хочется впиться зубами своими в этого обезличенного призрака зубами, рвать // драть плоть чужую, доказывая, что так нельзя // так неправильно. что я не могу. я просто не могу снова тебя потерять. я не могу жить в том мире, где тебя больше не будет. осознаешь ли, ты, девочка моя, что от окончательного безумия в эти пять лет меня только ты и удерживала. ты — мой смысл // мой якорь. ты— все то, о чем я мечтал так долго, и все то, что я никогда бы не смог себе дозволить скованный данными мною преж нашего знакомства обетами свадебными да детьми, что не виновны в том, насколько их отец прогадал в поисках своего истинного счастья. я готов сгинуть сам. так даже будет проще, веришь мне, таша? так и вправду — л-у-ч-ш-е. уйти героем. уйти, спасая миры от потерь бесчисленных. не стоять больше пред выбором, который каждый раз наживую рвал сердце, так, что сколь не склеивай рваные края раны медицинским клеем кровить сукровицей они не перестанут никогда // не причинять тебе всей этой агонизирующей нескончаемой боли, потому, что ты так и осталась в-т-о-р-о-й. потому, что я не мог позволить себе хоть отчасти походить на собственного предка // не мог не показать своим детям, какой должна быть правильная семья, в которой родители обожают своих отпрысков и живут ради их благополучия.
[indent]  вормир. конец той самой истории, в которой тебе никогда не была отведена роль принцессы {о, нет, ты слишком свободолюбива и самодостаточна всегда была для такого!}, а я и не был отродясь твоим принцем, что не спас тебя из башни, а лишь дал право выбора — твоего собственного, из которого ты произросла в прекрасную женщину, что знает уже давным давно кто она такая {я так тобою горжусь, любимая; я так в тебя верю, даже, если этой как раз таки веры тебе и не нужно было, а только лишь одного единственного толчка} и ты... ты просто посмотри на себя, наташа романофф, черная вдова теперь синоним спасения, ты — мститель, ты — героиня для миллионов людей по всему миру, и это все, абсолютно все только лишь твоя заслуга // только твоя. ты сделала себя сама. ты — прекрасна. ты — совершенна. и я не тот мужчина, который должен стоять с тобой рядом, никогда им не был. хотя бы еще и потому, что вот этот выбор я собираюсь сделать сам. позволь мне это сделать. позволь мне уйти достойно... а когда.... когда все получится {не если! мы ведь здесь не за тем стоим, чтоб надеяться на чертово такое обезличенное и пустотелое: "если"}, расскажи моим детям... расскажи, что их отец спас их. спас всех кого мог. только не говори, заклинаю, не говори о том, что он спас всех из эгоистичного желания дать тебе ту жизнь, о которой ты всегда мечтала и которой у тебя не было из-за того, что ты шла рука об руку с тем мужчиной, который никогда тебя не заслуживал.
[indent]  дай же мне сделать это, наташа. дай мне подарить всем детям, что были развеяны пеплом, что я не успел даже в ладони собственные поймать, когда рассеивались мои дети... мир, избавленный от проклятья, что поразило своей проказой все миры вселенной. дать мне стать тем отцом, которым лила, купер и натаниэль станут гордиться, даже, если я этого и не смогу увидеть. дай мне стать снова героем. уйти достойно. уйти так не позволив себе окончательно отпустить нашу сказку, слишком похожую на циничную правду. я хочу этого. я могу это сделать. я ведь знаю... знаю, что ты не оставишь их. никто из вас {нашей команды // нашей семьи, которую мы столько лет выстраивали все тщательно // дотошно // кропотливо, притираясь друг к другу, и даже там в берлине, когда я был на стороне твоего же лучшего друга, мы все равно были семьей, а в них, как известно случается и что-то даже похуже, чем супер-геройские разборки!} не оставит, я верю, что мои дети примут мой выбор. так прими же, его и ты. отпусти меня. потому, что, если уж честно, наташа романофф, я не в силах отпустить тебя н-а-в-с-е-г-д-а. только не тебя, моя рыжеволосая девочка, что так доверчиво льнула ко мне в том конспиративной квартире в будапеште, в чьи локоны я пускал свои огрубевшие от тетивы и стрел пальцы, и которую я продолжаю любить той любовью, которой так и не смог додать своей жене. я должен это вам обеим. я должен, нат. п-о-ж-а-л-у-й-с-т-а...

Отредактировано Clint Barton (2021-11-04 00:34:04)

+1

4

Бывает в жизни человека место, где он чувствует спокойствие и умиротворенность. Как правило, люди ассоциируют его со словом «дом». У Наташи дома никогда не было, потому что работа была такая, не требовала привязки к определенному месту; часто находилась в пути, долго не засиживаясь на одном месте; в силу своей профессии место для будущего ночлега подбирала тщательно, но даже когда засыпала, держала рядом с собой оружие, потому что враги никогда не дремлют. Старалась не мечтать о том, чему не суждено было быть в угоду тому, кем являлась. Семья для неё непозволительная роскошь, ведь она одна из «Черных вдов», которых учили избегать любого рода привязанностей, потому что они могли превратиться в человеческие слабости. Бороться нужно до конца и до победного, не сбиваться с установленного курса. Наташа обладала всеми необходимыми качествами, чтобы стать одной из лучших учениц «красной комнаты». Целеустремленная, не умеющая сдаваться, идущая вперед, буквально напролом к заветной цели. Никогда не стремилась к совершенству, но выделялась на фоне остальных по многим дисциплинам.
Удивительным образом она находит свою тихую гавань в доме Клинта, где ей всегда были рады, а в особенности его дети, с которыми установила определенный контакт. Именно они встречали её с особенной теплотой, крепко обнимали, едва она успевала переступить порог, и заваливали, если не новостями, так расспросами о том, в какой операции она сейчас задействована или чем заняты другие мстители. Этот ажиотаж, который образовывался вокруг её персоны, каждый раз приводил девушку в замешательство. Романофф поражалась детской искренности и открытости, коих ничуть не интересовала другая сторона медали, ведь она была далеко не супер герой, а убийца, просто выбрав правильную сторону, она лишала людей жизнь во благо поддержания мира во всем мире, но и он оказался не ограниченным одними лишь людьми. Чертоги вселенной безграничны. Существует боги, люди с супер способностями, а ей же в отличие от остальных достались лишь умение противостоять в рукопашном бою или стрельбе. Она просто человек, как и Клинт, наблюдающей за ней и воркующими над гостьей детьми с кресла в гостиной комнате, пока супруга в это время готовила ужин.
- Спагетти с томатной пастой, - ликующие детские возгласы послужили для Наташи пояснением того, что сегодняшним блюдом собравшиеся рады. Они обменивались друг с другом шутками, просто болтали на разные темы. Много улыбались, а ещё больше смеялись, и в это самое мгновение Наташа понимала, что именно этого ей всё время не хватает. Зацикленная на миссиях, она лишила себя человеческого счастья, довольствуясь лишь вот такими мгновениями. Утешала себя мысленно, что и их ей вполне достаточно. Наверное, Лора сумела разглядеть перепад в настроении гостьи, поэтому отправила детей спать, не смотря на их уговорки побыть ещё немного с тетей Ташей. Романофф ничего не оставалось делать, кроме как пообещать, что останется ещё на денек, если они будут слушаться свою маму.
Время давно перевалило за полночь, а Наташа явственно ощущает, что сон не появляется ни в одном её глазу. Наверное, это и побуждает девушку выйти на улицу, устремить свой взгляд в бескрайнее синее небо, осыпанное мерцающими звездами и постараться ни о чем не думать, избавить свою голову от роя мыслей жужжащих в голове. Чувствует, как на неё накатывает покой и умиротворение, так чувствовала себя здесь; это явственно ощущала и находясь радом с Клинтом, но связь с ним давно находилась для неё под непреложным запретом. Просто друзья, так представляла себе выстроенные между ними отношения. Вот только сердце разве обманешь; скроешь ли учащенного пульса, когда он рядом; сбившегося дыхания, когда сражаемся спиною друг к другу. Не делает вид, что удивлена, когда Бартон появляется рядом с ней, также устремляя свой взгляд в звездное небо.
- Здесь так спокойно. Глаза закрываю и чувствую, что нахожусь в защищенном месте. Я дома, - улыбается уголками своих губ, убирает прядь своих волос за ухо. Быть откровенной перед Бартаном для неё было в порядке вещей. Едва ли имело смысл держать от него что-то в секрете [быть может за одним только исключением]. Не считает необходимым портить ту связь, что установилась. Раскрой она перед ним все карты, расскажи о своей слабости, что с ними обоими станется? Смогут ли сражаться дальше бок о бок? Не решиться узнать ответа на эти вопросы, просто промолчит и ещё какое-то время постоит с ним рядом в немом молчании или же разговором о том о сём, не имело значение, ведь они были вместе. Как могли, как умели, как были на то способны.

оба слишком гордые для того, чтобы признаться вслух, кандидатуры у них разные; решение приняли оба, да не в пользу друг друга, а каждый своё собственное, обрекая себя на смерть; причина она же отговорка уже сформирована, быть может и не одна уже, но никто слова не проронит, да на своём настаивать будет и силу применит, сопротивление окажет, если придётся; она так точно была готова умереть за друзей, за любовь, за тех людей, что так отчаянно рвалась спасать в отряде "мстителей"; быть может, другие не верили, а она да, что всё у них получится, победить ещё можно и не следует бояться того, что их ждет. худшее, что с ними могло произойти уже случилось [щелчок Танос все-таки совершил, очистив половину планеты от живущих на ней людей, но и это можно исправить, нужно лишь раздобыть камень души и не важно какой ценой].

В рукопашном бою, когда силы на равных, прибегает к обманке и бьёт Клинта разрядом тока в надежде, что тот опешит, и она успеет сорваться вниз, но ничего у неё не получается. Брошенная под ноги взрывчатка сбивает девушку с ног. Наташа ловко приземляется на землю, но чувствует, как начинают саднить рёбра, на которые приземлилась. После взрыва слышит звон в ушах, но не теряет бдительности, а сосредотачивает свой взгляд на Клинте, который готовится к заключительному прыжку. Взглядом своим он прощается с ней в нём же, она видит проявление и каких-то других чувств весьма смешенных, чуждых для неё. Романофф собирает последние крупицы силы, что в ней ещё остались, встаёт на колени, затем спешно на ноги для того, чтобы сделать рывок. Знает, что не позволит умереть нам обоих. Кто-то должен остаться и Наташа решила, кто именно это будет. Не предоставляет права выбора, а ставит перед фактом. Срываясь вниз со скалы вместе с ним, прибегает к «кошке», что крепко цепляется за стену; выкручивают ситуацию далеко не в свою пользу, но это и входило в её планы. Клинт будет жить, как она и хотела, а Наташа же даже за жизнь свою не цепляется, только лишь рука Бартона сжимающая женское запястье, удерживает от падения, но трос не выдержит обоих, если Романофф не поспешит что-то исправить в сложившейся ситуации. Она надеялась, что всё будет куда проще; что он не запомнит её вот такой висящей на волоске; что далеко ни от него будет зависеть её жизнь; не хотелось ей, чтобы она запомнил взгляд её преисполненный сожалением зато, что все сложилось именно так, а не иначе. Однако ничего уже было не исправить. У них больше нет возможности переиграть ситуацию, отмотав время вспять.
- Всё в порядке, Клинт. – Произносит это, а сама слышит, как голос её дрожит. Наверное, каждый человек перед лицом своей смерти начинает бояться, но она хотя бы будет знать, что умерла не напрасно, а подарив друзьям, людям, которых ещё можно вернуть надежду. Все те, кто превратились в пепел и были развеяны по ветру, не заслужили такой участи. Проживите свою новую вторую жизнь достойно; за тех, кто обменял их на свою собственную. – Я так решила. Другого выхода у нас всё равно больше нет. – Слова о том, что люблю так и вертятся на языке, но не в силах их обронить вслух. По скопившейся в глазах её влаге должен был понять, что это решение даёт ей совсем не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Она лишает себя удовольствия быть рядом с дорогими её сердцу людьми добровольно, но при всём при этом Наташа делает это особенным способом оставляя после себя след, о котором ещё долгие годы будут говорить, ибо принесенная ею жертва послужит началом тернистого пути к кончине Таноса ранее казавшегося мстителям непобедимым, но и у такого титана, как он есть свои слабости; даже столь сильного воина можно победить. Отталкивается о скалу, дабы выскользнуть из цепкой мужской хватки, смотрит вверх до последнего, пока ещё в состоянии это делать. Тьма окутывает её, поглощает, приносит ощущение скорби и утраты, а затем она чувствует это, словно лежит в воде и это кажется ей странным. Распахивает свои глаза, садиться, озирается по сторонам, дабы понять, где находится. Это было удивительно, но она была всё там же на Вормире. Недалеко от себя она разглядела Клинта, казалось бы, убитого горем. Не верит своим глазам, но все-таки приподнимается на ноги, спешит к нему, чтобы крепко обнять. Все вокруг казалось ей сном, но то была реальность. В ладони своей, что была сжата, подмечает яркое желтое свечение. Отстраняется от Бартона, дабы оба смогли взглянуть на камень души, вот только чья была принесена в жертву, если оба оказались живы и невредимы? А затем всё произошедшее, словно пазл собирается у неё перед глазами. Наташа принесла великую жертву, заплатила самым дорогим, что у неё было. Их с Клинтом ребёнком, она была беременна.

0

5

Но та, которая уходит в дождь, осталась той, которую любил.
       И снова вечер, и ты снова ждешь, и ночь растает в свете фонарей,
         Но та, которая уходит в дождь не будет больше твоей.

[indent]  он знает, что любые слова его окажутся — п-у-с-т-ы-м-и // не значительными // не важными {отмахнется от них вот так запросто романофф // не переубедить, ибо огонь, разгоревшийся, подпитавшийся уже её верой в правильность собственных решений и поступков, в глазах этих напротив таких родных и необходимых говорит все за неё — то самое пламя, в лучах оного он прежде так любил согревать свои продрогшие ладони жаждет этого — обретения того же мифического покоя, за которым гонится уже который год и он сам}.
он знает, что уже она всё решила {упрямая, своенравная и своевольная русская девчонка с косами рыжими, именно такой её и полюбил тогда еще — слишком много лет тому назад, но уже тогда не смог сделать тот выбор, который нужен был ей, и которого она у него никогда не стала бы просить — г_о_р_д_а_я и эта вина именно сейчас кольцами сжимает в тиски, сдавливая грудную клетку, и так хочется прижаться лбом ко лбу и прошептать: "прости меня, родная, за то, что я женат!"} для себя // для них обоих и за них обоих тоже // потому, что и он свой выбор уже сделан // уже принял и уже простился и с ней, и с теми, кого больше никогда не увидит, но верит, что сможет вернуть в мир живых. потому, что только эта вера да одна наташа романофф и удерживали его в этом мире самого всю эту треклятую пятилетку почти что ж и в ы м.
[indent]  он тоже все уже решил и для всей чертовой вселенной, ради которой они пустились во все тяжкие, и которая никогда не узнает всей правды о том, что случилось между ними двумя в этот день между две тысячи четырнадцатым и две тысячи двадцать третьем на богом заботой планете — вормир, когда трескалось и рассыпалось вдрызг и без того хрупкое стекло их недополуотношений, о которых и говорить-то вслух нельзя было никогда и никому. потому, что они всегда были на слуху... всегда на виду: герои земли — мстители и обязательно — лучшие друзья {подчеркнуть трижды, выделить алым росчерком — так, чтоб им самим не забыть!}. клинт бартон и наташа романофф — д р у з ь я. только так и никак иначе. клинт знал, что роджерс, если не знает доподлинно, то догадывается уж точно, и все же был малодушно благодарен кэпу за то, что тот не вмешивался со своими нотациями, хотя тому бы в своей личной жизни и со своим мужским гаремом разобраться для начала. старк тоже не был дураком или слепцом... да и бэннер оттого и свалил тогда на том джете, потому... видел больше, чем хотел бы видеть. но все это не имело значения прямо сейчас. кто и что про них знал и понимал. их ведь не просто так вдвоем отправили именно — не потому, что так карты легли....а потому, что... да... именно потому, что — д а!  жестоко? да, определенно, так оно и было. но так оно и должно было быть. потому, что именно им обоим это было под силу. равнозначно. именно потому, что только они могли бы пожертвовать жизнью друг друга во имя любви и спасения...
[indent]  и вот сейчас он знает, что любые его доводы рассыпятся пеплом всех тех распыленных, чьи смерти грузом неподъемным висели на этих обманчиво-хрупких женских плечах все те годы, когда его не было рядом. те годы, которые он и не мог себе позволить быть ближе. ведомый вперед горем и чувством вины, размазывающим его по первости до состояния бесхребетного существа, не смыслящего бытия без крови и ярости, что вели дальше по следу, как заправскую гончую. знает, что она не смогла бы иначе, потому, что и он тоже не м о ж е т.
[indent]  потому, что им обоим на роду предписано — терять и терять друг друга, так и не обретая никогда полностью // никогда не будучи возлюбленными не_понарошку {не за наглухо зашторенными окнами очередной конспиративной квартиры, оформленной на поддельные документы, которую покидать надо рано утром и обязательно по отдельности}. но зато завсегда напоказ — идеальными друзьями самыми лучшими_самыми близкими; потому, что его дети кричали при встрече ей всегда "тетя нат" // потому, что даже лора, всё прекрасно знавшая, всегда улыбалась романовой, вымученно уголками губ, признавая на рыжей право возвращать её мужа домой в целости и сохранности каждый божий раз, когда он срывался ночью по тревоге, в очередной кромешный раз спасать мир, нуждающийся в героях.

      Часто так бывает, что любовь люди не заметят
                       Или не удержат.

[indent]  он не может // не хочет... её потерять, даже если для этого придется потерять окончательно самого себя // простится с самим собою // жизнью // окончательно оборвать собственное существование, лишь бы не е_ё. он просто напросто, как ни крути, но никак не может _ не дать ей той жизни, которую она заслуживала еще тогда... еще с советов, когда ему даже и родиться то только было на роду написано, а она знала уже слишком много боли и потерь, будучи ещё совсем малышкой, для которой мир оказался слишком жестоким местом {они редко обсуждали это — е_ё прошлое // красную академию и все там случившееся, наташа не любила копаться в собственном прошлом, или просто не имела должного запаса собственных воспоминаний, если судить по тому же зимнему, с коим у них были схожие программы кодировки, а клинт не собирался никогда становиться тем, кто ржавым ножом с кривыми зазубренными проходится с маниакальной тщательностью безумца по чужим страданиям}. потому, что она должна иметь всё то, чего он не додал ей // не смог. она еще сможет обрести семью, однажды стать замечательной матерью чьим-то {не_его} детям. она должна будет жить — полно и счастливо и будет вспоминать о нем с тоской в сердце, но двигаться дальше — сможет, она ведь чертова черная вдова и у неё есть все прочие, есть чертов роджерс, который с ней сросся на уровне сиамского близнеца.
[indent]  а он готов к этому. уже давно готов. даже не смотря на всю тоску по жене и детям // не смотря на осознание, что он так и не увидит, как лила закончит школу и поступит в колледж — любимица папина и отрада, не смотря даже на тот факт, что у отцов многодетных таких вот любимчиков и быть-то не должно // как купер будет делать свои первые успехи в бейсболе, как маленький натаниэль в поисках отца, рыская по трибунам выбьет свой первый хэт-трик. его дети будут жить. будут радоваться... будут смеяться и любить. они просто будут. разве это уже одно не равнозначная цена за его собственную обреченную и вымученную жизнь, превращенную в постоянную борьбу с самим собою и собственными желаниями и тайнами, что то и дело грозились уничтожить тихое счастье его семьи?
он всё свое уже отжил. у него было на то время. после него останутся дети {вернувшиеся из долгого путешествия в забвение и знающие — их папа-герой просто однажды так и не вернулся домой — с героями такое случается сплошь и рядом!} // после него останется своя история, а наташа... она должна жить. и потому, он рывком делает подсечку, укладывая, не ожидающую подвоха русскую шпионку {слишком ему всегда доверяющую!} на лопатки:
[indent] — скажи моим, что я их люблю, - бросает вслед, чтоб спрыгнуть с края пропасти навстречу собственной кончине. встрече со смертью, что уже распахнула для него свои теплые и такие {теми долгими, выхолощенными пустыми ночами определенно} долгожданные объятия.
[indent]  чего он точно не ожидает — так это того, что она поспеет следом... того, что будет цепляться за её пальцы своими... и смотреть в этот хризолит... тонуть в нем, как все те годы назад — в будапеште, признавая, что в этот раз его самого поразило в самое сердце — раз и навсегда. сколько б не пытался — не отказаться // не забыть // не вытравить. и сколько лей // не лей отбеливателя на раны, шипящие... эти нанесенные словно и бы не специально и вскользь, но в самую суть, глубже, чем марианская сама впадина, заронившее любви этой цельной и значимой зерна на самом дне души лучника // сколько не старайся забыть // перечеркнуть // отринуть — все равно после бумерангом по затылку догоняет знание — такая любовь бывает только раз в жизни: так ярко, полно, чувственно, всем собою, до полного слияния душ можно любить только одного человека за всю жизнь. для клинтона фрэнсиса бартона такой женщиной, увы и ах, была вовсе не его жена, то была русская шпионка, которую в конце девяностых его отправили устранить в столицу венгрии. и сейчас, пытаясь удержать... и зная, что едва ли сможет, роняя слезы, те, которых горше не было и уже не будет — по той любви, которой никогда не было // которой они полно себе никогда и не могли позволить... зная, что он переживет — он будет обязан в первую очередь это ей одной и только ей — своей маленькой рыжей девочке, почти что двое старше его самого, но все равно его маленькому ершистому, с острыми всегда коготками котенку, — что ему придется вернуться, и жить... жить, улыбаться детям своим, жену целовать и руки пожимать друзьям — ему на миг хочется все же отпустить трос и тоже сгинуть. на секунду краткую он себе позволяет этот миг расчертить яркими всполохами в собственном подсознании — умереть в один миг. оставить все после себя. но только он не может. только вот у камня души должен быть владелец. только вот ему придется жить не просто с дырой в душе... его душа прямо сейчас... смотрит на него пытливо, словно это их первая встреча и шепчет чертово: "— я всё решила", и в этот раз никак стрелы не отвести... никак не спасти... остается только жить с этим... существовать со знанием, что мир выстоит, даже не смотря на то, что один клинт бартон только что потерял величайшую любовь всей своей жизни — наталью алиновну романову. ту самую ради, которой он лгал, предавал, ради которой он был готов умереть.... и душа осколками разбивается на части со слезами этими, что застилают глаза, когда столп света слепит ярчайший взмывающий вверх от площадки, на которой распласталось тело той, без которой бартон не знает, как но будет жить... ради той жертвы, что она принесла, не чтобы спасти мир, а в первую очередь, чтоб спасти его самого. потому, что так влюбленные и поступают. борются и спасают друг друга. всегда. навечно. бартон на миг закрывает глаза...
[indent]  он не может отпустить е_ё // он должен е_ё отпустить. потому, что не спасти // не удержать не в силах: потому, что пальцы тонкие длинные дрожат его в хватке его ладони {и уцепиться сильнее нельзя...пытайся // не пытайся, а эту битву // эту войну он уже заведомо проиграл и решимости полны глаза женщины, что ему важнее жизни собственной и семьи своей — иначе бы не возвращался к ней стократно, иначе бы уже давным давно отпустил из жизни своей, в которую не смог её вписать именно так, как она того всегда заслуживала} — разделяя пропасть меж ними длиною в вечность биением сердец влюбленных // тех, что оба в миг один краткий биться перестанут, когда линия жизни наталии алиановны романовой оборвется в две тысячи четырнадцатом на вормире, чтоб спасти тот мир, который в неё никогда не верил в отличие от клинта бартона. потому, что как бы там ни было... но она права в том, что сказала — она уже все для себя решила // всё за них обоих решила {в первый раз в их истории без начала и конца и вправду принимая окончательное решение // ставя ту самую точку, которой уже никогда не стать запятой}, оставив ему возможность снова обрести своих детей, и, быть может, именно в память о наташе романофф все еще успеть стать им тем отцом, которого они всегда заслуживали.
[indent]  в кое-то веки окончательно на этот раз, безвозвратно уйти в отставку, повесить лук да стрелы на стену в гостиной уютного ранчо в айове, и больше не быть мстителем, соколиным глазом, перестать быть ронином, дать возможность уже совсем другим героям вершить судьбу мира. стать просто клинтоном френсисом бартоном многодетным отцом, мужем, фермером. стать обычным человеком, которым он в отличие от всех прочих мстителей и был всегда и не был никогда — потому, что в нем слишком много того дерьма, от которого не избавиться // не отмыться. потому, что по правде говоря он никогда не был уж больно хорошим человеком. но ведь не поздно же, разменяв пятый десяток рискнуть? не поздно ли жить ради той, которая жертвует собою во его имя. ради него одного. в первую очередь. потому, что сколько бы они не прятались за высокопарными фразами о благе всех, в конечном счете сейчас все сводится именно к ним двоим. к тому, что один из них отдает свою душу, потому, что связывает их та любовь, которой силы хватает на то. чтоб заполучить этот треклятый камень души. потому, что такой вот любви проявлений не так уж и много на свете всем белом. потому, что клинт теперь понимает, почему танос пришел сюда со своей приемной дочерью. той самой, которую любил так сильно, что только её утрата стала бы равноценной заменой. гамора так и не вернулась с вормира. наташа романофф тоже не сможет. потому, что это её выбор. тот самый, который ему останется только пережить... или пересуществовать, разве ж нет?
  [indent] ведь бартон не уверен нисколько в том, что сможет это пережить // что её смерть не вырвет сердце бьющееся, сочащиеся кроваво-красной, как закат на вормире кровью из грудины, оставив лишь тень человека того, которым он стал, благодаря тому, что в его жизни была наташа // тому, что тогда в будапеште он сделал единственно верный выбор, дав ей возможность построить новую совсем жизнь. ту жизнь, которая обрывается на его глазах. и ему... никак не прыгнуть следом, не разбиться об эти скалы, а еще... еще ему больше — н и к о г д а  — не взглянуть больше в этот невероятный хризолит взора чуть раскосого, который пробирал до остатка всего стоило только позволить себе утонуть в этих глазах. ему больше не целовать этих губ пухлых, чтоб по утру виновато, пряча взгляд собирать одежду разбросанную по очередной кооперативной квартире щита или того хуже по номеру отеля, чтоб вернуться к лоре и детям, ему больше не услышать голоса этого тихого. ему никогда ей не сказать правды всей о том насколько он любит // как любил все эти годы. любил крепче // сильнее, чем свою жену. любил нечаянно // отчаянно... любил, мечтая об чувстве этом забыть... вытравить... избавиться от этой псевдо-наркотической зависимости от одного единственного человека, который делала его совсем не тем мужчиной, которым он был до того задания чертового, которое росчерком алым раскроило все его жизнь на "до" и "после". потому, что так было нельзя // так было неправильно. потому, что у него уже была лора — красивая девочка лора, которая любила его всем сердцем, и которая пошла за ним слепо и бездумно и, которая была для него монолитной гранитной стеной, за которую он мог спрятаться от всего дерьма мира, в котором рос. мира, который ломал его постоянно в том прошлом, от которого он в свое время сбежать пытался, и который все еще даже почти что в пятьдесят его настигает кошмарами из детства, от которых не избавиться. кошмарами, которыми он никогда бы не хотел становиться для своих собственных детей.
  [indent] и не может он // не может теперь уже {и вовсе тоже!} прыгнуть следом // не может подвести всех тех, кто доверился им с наташей, отправляя их на вормир {их команду // ту семью, в которой его девочка рыжеволосая всегда так отчаянно нуждалась и частью, которой он не мог ни тогда // ни сейчас стать} // не может позволить себе даже оплакать её по-настоящему, пока что... потому, что где-то там вверху небеса разрывают яркие всполохи. потому, что камень души принимает ту жертву, которой он бы малодушно и эгоистично хотел бы избежать, оставив бытие мирское, заменив его на суррогат жизни загробной, в коею не хотел бы уверовать, да приходится, потому, что его нат // его маленькая таша, что старше его на самом деле на слишком многое количество лет, как никто другой заслуживает счастливого посмертия, в котором обрести сможет покой и умиротворение. потому, что ей это вот все куда больше него самого было всегда нужнее. как и принятие, как и прощение. как тот факт, что она старалась стать лучше и чище, и не догадываясь о том, что для него идеальнее никогда и никогда е_ё одной не существовало {и как бы не была глубока его вина пред лорой, он и на суде осириса не смог бы солгать о том, кто есть, был и будет его единственной истинной любовью}...
[indent]  а ведь он слишком о многом так и не сказал // не поведал — не успел и малодушно смолчал. и слов этих праведных трех так и не произнес ни разу. не сказал о той любви, что в нем росла все эти годы, пускала корни, разрасталась в душе, заполняя собою все без остатка, вытесняя порою много прочего, за то ему приходилось барахтаться // сражаться остатками чести да осознанием, что он не хочет уподобляться собственному отцу. а сейчас... сейчас ему приходится сомкнуть веки... потому, что... он не может противостоять натиску того сверхъестественного, что настигает его одномоментно с падением его таши — его последней, самой каверзной и странной любви на камни... и так даже проще — не видеть израненной разбитой о монолит камней этой  изломанной крохотной фигурки той женщины, которую он любил неистово, рьяно, так, как не мог ни до // ни после.
[indent]  чего он уж точно не может ожидать //предвидеть даже в самых смелых своих фантазиях {о чем не смел бы и мечтать // не в свои почти что уже пятьдесят}... так это того, что она будет вот так рядом с ним... в этом озере... вода, которого принять успела его в свои теплые объятия, обволакивая, вымывая горечь утраты той, что оказывается так и не свершилась, ведь пред ним... подозрительно и совершенно неправдоподобно живая все та же его таша. потому, что в ладони разомкнутой её по-прежнему тонкой, обманчиво хрупкой светился желтый тот самый камень, ради которого они преодолевали пространство и время. камень души, цена за которой душа человеческая существа, которое ты любишь больше всего на свете. потому, что никаких объяснений у клинта бартона этому нет логических. и он притягивает её к себе ладонью влажной, упирается лбом в её лоб, закрывая глаза, позволяя себе увероваться в собственном безумие, достигшем апогея, давая себе крохотную передышку, пред тем, что пройти новое испытание, которым эта вот романофф сотворенная вормиром и является... ему нельзя облажаться. его ждут там. в две тысячи двадцать третьем. с камнем. но она так похожа на себя. такая же. живая.
— мне нужно признать, да? — глухо, обескровлено произносит он, смотря в зелень эту апрельскую взгляда любви своей последней, что от черта, ну уж точно не от бога, — сказать, что я любил её. любил наташу больше, чем лору и своих детей, чтобы получить камень?

+1


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » [l o v e] more than a n y t h i n g // [marvel]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно