активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » `It'll take time to find out where we stand


`It'll take time to find out where we stand

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

`It'll take time to find out where we stand


джонни шторм и джеймс барнс// таун-хаус в вашингтоне, принадлежащий чете роджерс-рамлоу//2023 год

http://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/782/656032.gif

http://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/782/688161.gif

первая встреча наедине совсем еще юного по факту джонни шторма, обладающего не самым простым характером, и джеймса барнса, в кое-то веки собравшегося себя почти что воедино и что из этого получится, когда по близости нет ни стива, ни брока, пытающихся сгладить все острые углы

+1

2

[indent] шторму не то, чтоб неловко в этом вот доме, где в прошлой жизни жили его... л-ю-б-о-в-н-и-к-и...{и в которую бы уж точно он не вписался тогда, да и сейчас, скорее всего тоже — нет; и что он вообще здесь забыл-то... но, как итог — у него собственный комплект ключей и коды от сигнализации, в базу, которой он внесен — присланные с курьерской доставкой аж домой к ричардсам; и это... ну... вселяет надежду что ли; не то, чтоб шторм вообще тот человек, который хотел бы надеяться; он привык брать!}... хвала небесам этой вот природной скромности в нем не было отродясь. просто, на самом деле, он все еще раздумывает над тем, что сью и рид предлагали ему после возвращения на большую землю остаться у них в нью-йорке {что они вообще, в принципе, против всей этой вот его личной жизни аж в тройном размере, с которой ему не то, чтоб было когда разбираться или как-то смиряться, или вообще хоть что-то и хоть как-то! потому, чтобы была ебаная ваканда, в которую он не горел желанием заявляться, покуда роджерс трясся над вновь обретенным своим барнсом и разрывался чувством вины меж ним и своим мужем // потому, что был гребаный танос и щелчок, разметавший пеплом и самого джонни вместе с половиной вселенной // потому, что они все вчетвером и виделись-то не то, чтоб часто, особенно после того, как вернулись в столицу}, но нет же ж... он решил, что не будет бегать от проблем, пущай проблемы бегают за ним. как вот пример та самая, с которой ему приходится столкнуться, когда он, выходя из душа, вытирает небольшим полотенцем голову, по привычке все еще вполне обыденной и человеческой, не пользуясь тем фактом, что ему стоит только захотеть и он высохнет в считанные доли секунды.
  [indent] а ведь день так не плохо начинался: он вернулся в столицу, узнал, что роджерс застрял в очередной раз в конгрессе, пытаясь, как можно скорее расквитаться с остатками своих обязанностей капитанских — супергеройских, которые в ближайшее время собирался перевалить на уилсона {и джонни этому пернатому не сочувствовал, вот ни капельки — миру нужен был капитан америка и знамя, символ, а трем конкретным мужчинам, к которым может чуточку самонадеянно, но все же относил себя и сам шторм нужен был упрямый, эгоистичный сукин сын — стивен грант роджерс} // а рамлоу вызвонили товарищи по службе, и тот заявил со всей свойственной ему прямолинейностью {наличие, которой у этого супра в равной степени, как и у его супруга, все еще не давало шторму покоя; ибо серьезно, как они вообще сошлись-то при всей своей упертости-то и несгибаемости?!}, что "на хую он вертел все это дерьмо и ему нужно общество адекватных людей" — а что... джонни его понимал — их-то компанию здравомыслящей и адекватной уж точно даже с натяжкой никак нельзя было назвать — ебанат на ебанате. а вот барнса общества, которого джонни с не присущей ему по факту изворотливостью умудрялся ловко избегать, варьируя на минном поле недосказанностей с ловкостью примадонны высшей школы балета, и вообще должны были в очередной раз тестировать какие-то там белые халаты — чтоб тому выдали уже документы...
  [indent] так, что у джонни были довольно-таки обстоятельные планы на день: сходить в магазин к примеру, чтоб закупиться едой на всю их братию {прокормить трех супров и одного мутанта — то еще задачка со звездочкой из университетского курса высшей математики}, быть может даже что-то приготовить самому {нужно же, как-то оправдывать тот факт, что его все еще за каким-то чертом не выгнали взашей, так правда и не объяснив кому и нахера он вообще сдался в этом гребаном четырехугольнике, который здравостью никак не отдает} на ужин, как приличный мужчина, которым он никогда не являлся, засунуть свой мудачизм куда поглубже, чтоб не усложнять еще больше. в общем... планы были и в эти планы никоим образом никак не вписывался чертов бывший {интересно, вот, чисто для общего развития — а так бывает? ну там бывшие убийцы президентов сша к примеру?!} зимний солдат, который смотрел на него в упор — словно в прицел снайперки. не самые радужные познания в жизни факела, если хотите знать. он в принципе не привык к роли жертвенного агнеца. и наверное, если он был хорошим человеком, если б... он не был самим собой, он и не стал бы добавлять себе лишнего геморроя к из без того уже и так крайне осложненной жизни, но джонни шторм — все еще в свои двадцать с лишним лет — мудак.  но джонни шторму и вправду нравится играть с огнем, какой бы треклятой тавтологией это не было, учитывая тот факт, что он является человеком-факелом. посему он провокационно и напоказ облизывает свои полные губы, зная, что черти вот так сразу даже зимний определит кто он есть. они со стивом уже не первый год любовники {хотя и встречи их все, сложно назвать встречами еблю, но мы имеем что имеем, едва ли бы в аж месяц целый за все это время уместились бы} — язык тела роджерса шторм знает, как не знает ту же "отче наш", которую его заставляли учить в детстве, чтоб он помнил о боге {том самом, которого, факел уверен, не заботит уже много тысячелетий судьба человечества}, которая, скорее всего, ему бы, прям вот сейчас, пригодилась, обладай он хоть на каплю большим инстинктом самосохранения, но это в нем, видимо, от того самого роджерса, который черти каким образом оказался ему каким-то сам четвероюродным прапрадедом.
  [indent] он садится, как ни в чем не бывало на диван в гостиной, одетый лишь в капли воды да крохотное полотенце белоснежно-пушистое, едва ли нормально прикрывающее его пах. смотрит пытливо и игриво, чуть насмешливо вдобавок — ну и это тоже можно списать на роджерса — тот никогда ромашкой невинной, которой любит прикидываться на публике никогда не был — спросите у брока или джонни! ну, а хули-то нет, если да, верно? ну, не прибьет же, его в конце концов барнс, который уже себе вполне должен быть очень адекватным, раз уж его вот даже одного выпустили в очередной раз в белый свет // для разнообразия даже одного {и как-то стив проворонил своего ненаглядного неразлучника?!}. но как говорится — надежды юношей питают, а шторм в всем этом мракобесии самый младший... встретившийся теперь вот лицом к лицу с самым старшим {ментально так уж точно!}.
  [indent] от роджерса его сейчас отличает отсутствие лишь трех татуировок, которые каким-то чудом {имен у этого чуда правда несколько и не то, что джонни дождался чести быть им представленным лично, но... гениальности той же хелен отрицать никак нельзя} прижились на теле супра, которое даже при желании и мотивации должной способно было выращивать новые зубы. но пока не приглядываться детально... то он вполне себе может сойти за стива, который, когда {если тут не канает, как и сослагательное наклонение // не тот это, мать его, случай!} узнает, что шторм творит сейчас ответит ему нахрен башку, если до этого её не свинтит вот прямо сейчас зимний солдат. ах, ну да — не зимний солдат, никак нет... это ведь теперь барнс. джеймс бьюкенен барнс. первая и величайшая любовь стивена гранта роджерса, которая никуда не делась, не смотря на наличие у того и мужа вполне себе официального, чье кольцо тот носил даже после смерти рамлоу, и молодого любовника, коим являлся сам шторм.
[indent]  да и плевать, право слово, ну не нанимался он танцевать с бубном вокруг них всех троих. не нравится кому-то и что-то так пусть озвучат уже.  да и им с барнсом, так или иначе, но придется налаживать взаимодействие друг с другом. просто не проверить, не сыграть, да просто не замудачиться по привычке джон не может // не хочет // не способен — нужное, выделяйте и подчеркивайте. потому, он смакует эти несколько секунд их игралок в гляделки и умело копируя роджерсовские интонации, произносит всего пару слов:
[indent] — привет, бак! - не "баки" // не "джеймс" // не "барнс" — именно это вот сокращение для этих двоих бруклинцев родом из прошлого столетия. ну же, давай, зимний удиви меня что ли... джонни бросил мяч на чужую территорию и ждет с замиранием сердца развития дальнейшего событий. по крайней мере, скоро кто-то да должен вернуться. может он даже выживет. может даже не усложит еще больше, если зимний и правду уже барнс, тот лихой малый из воспоминаний очевидцев и хроник, до которых джонни успел уже добраться.

+1

3

[indent] Кристина недовольно поджимает губы и испытывающее смотрит прямо в глаза, стараясь добраться до самого дна черепной коробки, очевидно. Хрен его знает, по какой вообще логике ему подбирали психотерапевта, и почему им обязательно должна была быть женщина. Хотя, стоит признать, что как раз на женщину доктор Рейнор не была похожа ни капли. Или так себя она вела только в собственном кабинете, где была лекарем человеческих душ. Что ж, свою Барнс потерял еще в сорок пятом, так что вся эта задумка не более, чем фарс, по его мнению, необходимый для того, чтобы он снова стал гражданином Соединенных Штатов.
[indent] — Нет, — он вспомнил, что именно она от него ждала. Снятся ли ему кошмары. Врать он умеет лучше, чем вести задушевные беседы. И уж тем более, он не собирается рассказывать о том, что эти самые кошмары//обрывки собственных воспоминаний, что просачиваются в сны (особенно в сны), преследуют его каждую чертову ночь, лишь изредка давая его измученному мозгу несколько часов блаженной темноты. Но даже в ней, его ждут те, чьи голоса никак не утихают. Разве они собрались тут для того, чтобы обсудить, как он просыпается на насквозь мокрых и скрученных простынях, не понимая до конца было ли это только что, или его память играет с ним снова. Его тело готово тут же вскочить и продолжить миссию//довести дело до конца, и ему каждый раз приходится напоминать себе, что он Джеймс Баки Барнс. Что он человек. Если бы Стив не был так упрям в своем стремлении вернуть ему личность, он бы убил каждую суку, из-за которой ему приходилось вспоминать, что он человек.
[indent]  — Никаких кошмаров, — наглая ложь, в которую не верит никто из них двоих. Но они все еще не за этим тут собрались. Ему нужно очередное заключение, что он не опасен, что его уровень агрессии среднестатистический для обычного человека. Еще одно вранье, еще одна стена, отделяющая его от доверия этой женщины, от которой зависит многое в его реабилитации. Как будто задушевные беседы помогли хоть кому-то справиться с семи десятками лет пыток и дегуманизации; как будто о подобных случаях писали в учебниках или преподавали в университете; как будто вообще был прецедент.
[indent] — Джеймс, — в её голосе все осуждение мира, но это не вызывает в нем абсолютно никаких эмоций, кроме, разве что, легкого раздражения. – Терапия направлена на то, чтобы помочь Вам справиться… — она запинается, и Баки хочется насмешливо поднять бровь, но он помнил наставления Брока, что лучше воздержаться от подобного, во избежание инфаркта у докторши. Барнс его тогда послал нахер, но совет запомнил. Как бы его не раздражала мисс Рейнор, смерти ей он не желал.
— Мне не нужна была помощь, когда я был в Ваканде, почему же Вы думаете, что она необходима мне здесь, где мой дом?, - Кристина снова поджала ярко напомаженные губы и достала блокнот, начала что-то быстро записывать, и это значило только то, что он снова завалил этот сеанс. Blyadstvo. Стив будет разочарован в нем. Опять.
[indent] Он закурил, как только покинул здание и убедился, что находится в слепом пятне для камер, коих в этом городе было словно лампочек на елке в Рокфеллер центре. Выдохнув дым, он достал из кармана телефон, чтобы набрать Стива, как и обещал, но вместо привычного приветствия, механический голос сообщил ему, что абонент находится вне действия сети. Поэтому он набрал следующий номер из тех пяти, что были записаны в записной книжке смартфона. Рамлоу ответил почти моментально, хотя хор голосов на заднем плане явно давал понять, что Брок тоже занят. – Принцесса, в твоем телефоне есть убер. Воспользуйся им. В холодильнике есть пирог, и, возможно, что-то еще, если никто не добрался раньше. Ты справился с тем, чтобы не прикончить мисс Франкенштейн, это ты точно осилишь, — Баки закатил глаза и фыркнул в трубку, на что получил заливистый смех, и его немного отпустило. – Отбой, Рамлоу. Надеюсь, мне не придется зашивать тебя сегодня, а то я могу спутать тебя с подушечкой для игл.
[indent] Перед тем как отключиться, он еще успел услышать, что будет с ним, если Роджерс узнает о том разе, когда Барнс его шил. Будто он на самом деле собирался просвещать Стива, как они «развлекались» в прошлом.
[indent]  Баки не особо стремился разбираться в сложных причинно-следственных связях, из-за которых он жил вместе со Стивом и Рамлоу (четвертый угол их квадрата он обходил по дуге, стараясь вообще игнорировать по мере сил). Все это было слишком странно для него. Более того, мужчина не был уверен, что будь он абсолютно ментально здоров – это стало бы для него нормой. Нихера подобного. Но каким-то чудесным образом, вся эта ситуация не вызывала у него такого уж отторжения, они оба стали для него важны, хоть и в совершенно разных плоскостях. В отличии от Шторма, с которым все взаимодействие было сведено к нулю вполне осознанно и взаимно. Ровно до этого гребаного дня.
  [indent] То, что перед ним был именно Джонни, Баки знал так же отчетливо, как и то, что Земля круглая, а солнце встает на Востоке. И дело даже не в том, что Стив был в конгрессе, или в том, что на парне не было татуировок. Просто Барнс чувствовал Роджерса на каком-то сверхъестественном уровне. Так было всегда, и даже десятки обнулений не смогли убить эту связь окончательно. Но он все равно завис, разглядывая юношу, что всеми возможными способами сейчас пытался выдать себя за Стива. Это сбивало с толку и даже обескураживало. Баки не понимал, с какой целью ведется эта игра, потому что в помещении больше никого не было. Он тщетно пытался понять, чего тот добивался, пока разглядывал Джонни, отмечая будто заново его поразительное сходство с оригиналом. Тем более, что он впервые имел шанс лицезреть Шторма практически нагим. Тот был несколько меньше (практически незаметно для того, кто не обладал идеальным глазомером), его бедра были уже, тоже незначительно. Вообще таких мелочей можно было насобирать хоть дюжину, когда тот не был запакован в одежду.
[indent]  — Привет, я думал, что у тебя сегодня неотложные дела, — он наконец-то перестал разглядывать парня и перевел взгляд на кухню, будто ожидая, что кто-то выскочит из холодильника, но чуда не произошло, поэтому он принял неожиданное для самого себя решение – подыграть. Детям же нужно давать развивать свои навыки, не правда ли? Так почему бы не помочь юному дарованию, коль хочет стать он лицедеем? И это абсолютно точно не было связанно с тем, что засранец был в несчастном полотенце, которое похоронило любой намек на интригу.
[indent] – Заседание в конгрессе закончилось раньше, Стиви? – Баки улыбнулся (в этот раз у него получилось почти натурально), а затем обошел диван, попутно бросая на него куртку, и взъерошил волосы парню. – Надеюсь, тебя там не сильно заездили? – Барнс ушел за кухонный островок, чтобы явить на свет Божий пирог из холодильника. – Греть или не греть? – все это время он внимательно следил боковым зрением за парнем, пытаясь уловить момент, когда начнет переигрывать. Он взял с подставки нож и, перед тем, как начать им резать, положил на вибраниумные пальцы, будто оценивал баланс, и посмотрел ровнехонько Лжестиву между глаз, мозг в фоновом режиме Зимнего просчитал траекторию полета ножа, даже не удосуживаясь поинтересоваться у владельца, нужна ли данная информация.

+1

4

[indent] окей, ладно, джонни не идиот! ну может только чуть-чуть, потому, что обделен, как и предок — инстинктом самосохранения, но более чем оснащен мудачизмом, впрочем тоже, как этот самый питекантроп. и да, он понимает, что его спалили! да, боже ж, ты мой, по барнсу прям можно как по азбуке чертовой прочесть сейчас прямо-таки, что он-таки понял, что пред ним не его обожаемый стиви— бой [ну ладно, это прозвище только для них двоих! только для джонни, с которым у блядво-роджерса видите ли никогда и не было отношений никаких — ебля-то ведь не считается!], но отчего-то джонни все еще дышит... и потому, ну... шторм разваливается на диване, смотрит из-под опущенных ресниц на барнса, передвигающегося по кухне и раздумывает над тем, а будет ли опечален стивен, если вдруг его первая любовь решит-таки порешить его внештатные потрахушки или спишет это все на посттравматический синдром и отправит сью и риду открытку претенциозную с соболезнованиями о внезапной кончине джонни на очередной миссии.
  [indent] наверное, будь джонни в меньшей мере самим собою, наверное, будь он — хорошим мальчиком из церковного хора, верующим и праведным, то быть может он бы признался в обмане, и попробовал бы поговорить. по-человечески. ну, насколько их обоих можно вообще считать людьми, учитывая тот факт, что один из них полу-киборг, совсем недавно еще состоящий на балансе нацисткой г.и.д.р.ы, как оружие, а второй мета-человек, который по собственному желанию может воспламеняться можно причислить к люду человеческому. но... опять-таки... просто посмотрите в эти голубые глаза — джонатан шторм не очень-то похож [по крайней мере не физически уж точно! спасибо, блядь, гению матери-природы, что он практически ебаный клон стива роджерса] на хорошего человека, который умеет и делает правильные вещи. да и зачем? все равно все рано или поздно так или иначе пойдет по пизде.
   [indent] роджерс к примеру в очередной раз вытащит голову из задницы и поймет [снова! как будто первого раза, когда его выдворили из ваканды, что б не травмировать бедных и несчастных баки и брока; а его-то ведь можно было!], что  он тут явно лишний, аль же рамлоу просто надоест тот факт, что его дражайшее сокровище поебывает свою копию в зад; ну или прямо сейчас — барнс просто выкинет его взашей и скажет стиву, что так и было, а всем на белом свете доподлинно известно, что как баки хочет так оно и будет. это ж баки! ебаный баки барнса, величайшая любовь стива роджерса и если у того же брока, есть шансы этому всему противостоять, то у самого шторма кроме охуенного регулярного траха больше ничего никогда и не было. как бы он не пыжился, как бы не старался. он все еще не смотря на квадратизм этого безумия та чертова пятая нога у бедного парнокопытного.
  [indent] ему не стоило сюда приезжать. можно ведь отправить было курьера назад с четким посылом: "да помрите вы там, счастливо ебясь втроем". наверное. ему стоило бы найти в себе ту самую гордость, которой в нем до того, как он размазался о роджерса было немеряно. наверное, ему просто стоит принять, что ничего не выйдет. но вся проблема в том, что был ведь тот самый обезличенный курьер. были ключи. была записка: "ждем тебя дома. С.". дающая веру, ебаную надежду на то, что стиву он и правда не безразличен, быть может даже важен // ценен, и чего уж там -   необходим. что все те разы, когда он стучался об стены эти не остались незамеченными.
  [indent] господи да с тем же рамлоу было куда много проще — хороший, ладно— ладно, нужно быть честным — охуительный секс. просто и без затей. потрахались и разбежались. и да, шторм примирялся с тем, что в постели их зачастую бывало и трое. почему нет-то? он уж точно не был ханжой, чтоб отказываться от таких двух горячих мужиков, тем более, что как показывала практика при наличие в постели брока стив совсем не претендовал только на ведущую роль. принимал, сжимал в себе, смотрел так, что душу наизнанку выворачивал. а после... после всегда предпочитал вместе с рамлоу исчезать, стоило только шторму вырубиться на перекрученных влажных простынях.
[indent]  и вот сейчас... когда в этом таунхаусе нет ни стива, ни брока, а есть только блядский, ебаный баки барнс на этой кухне: в квартире, где он едва ли даже гость [вне зависимости от ключей и прочего!], супротив которого джонни не может ничего противопоставить: ни свою молодость [впрочем уже сомнительную, в его-то ментальные тридцать три, когда остальным куда меньше!], ни опытность,  ни развязность, да даже свою любовь [н а с т о я щ у ю // и с к р е н н ю ю] -  фактически блядово // чертово: н и ч е г о;  потому, что в отличие от него он никогда не был одной из любовий стивена грант роджерса, он как никогда в жизни чувствует себя уязвимым, обнаженным в первую очередь своей расхристанной душой.
  [indent] он поднимается с дивана тягуче плавно, как сделал бы роджерс, он вторгается намеренно в личное пространство зимнего [словно еще не постиг все грани мазохизма, влюбившись дважды в тех, кто ему не светит!], кладет подбородок свой на плечо вибраниумное, зная, что может распрощаться с собственной жизнью в следующий же миг, но зная и то, что... мало кто способен на такой вот акт безраздельного доверия к бывшему зимнему и что такое не пройдет мимо. касается его руки своей, накрывая пальцы холодные эти своими человеческими, нарезая пирог на равные части и улыбается супротив даже наверное собственной воли, вдыхая запах чертовых цитрусовых, с его чуть вьющихся все равно не смотря на новую//старую стрижку волос, на которых помешаны супруги роджерс-рамлоу.
[indent] — хочешь я сварю нам глинтвейн и посмотрим какой-нибудь дурацкий старый фильм? что-нибудь из нашего босоного детства? может "огни большего города"? "уродцев" даже не предлагаю, - фыркает, поднимая руки позади зимнего, все еще касаясь его всеми  прочими частями своего тела. — учитывая всю иронию. — закончит горько, и не выдержав напряженности касается губами затылка барнса. — дай мне узнать тебя, — просит надрывно, намеренно не добавляя этого повисшего в воздухе, будь он стивом — "заново", давая барнсу выбор, которого у него влет размазавшегося об стива никогда и не было. давая им обоим шанс узнать что-то большее меж друг другом, без вмешательства двух других сторон их квадрата. просто вечер вдвоем, когда они будут драться за последний кусок пирога, пить из кружек друг друга пряное вино, которое совсем не пьянит обоих, когда они не будут теми, кто есть на самом деле, потому, что правда такова, что... у них есть только это. возможность понять и принять. ибо... ну они любят одного и того мужчину... мужчин?
[indent]  джонни заглядывает в эти штормовые глаза, которые так увлекли стива в свое время, в поисках ответов на те вопросы, которые он так и рискнул бы задать будучи самим собой... но это баки барнс. чертовски хороший собой и сломленный миллион раз баки барнс, и шторму уж точно не чуждо все человеческое, сколь бы не пронизан он был цинизмом, самовыращеваемым в нем, он не может не желать отогреть его. дать ему чувство доверия, восприятия, понимания. пусть даже и так извращенно поначалу. так, как он сам умеет. он и сам не то, чтоб образчик человеческого индивидуума. да и кто из них всех четверых — да? он все тут находка для фрейда. но пока они все есть друг у друга, может есть и та самая надежда.
[indent] — так, что баки барнс? — спросит снова, коснувшись губами щеки этой покрытой щетиной двухдневной.

+1

5

[indent] Только слепые и Стив Роджерс [хотя по отношению к Баки, это почти всегда было эквивалентным] могут поверить в то, что он больше не Зимний Солдат. Он сам, повторяя про себя свою мантру, словно зажевавшую пластинку, «Я Джаймс Баки Барнс» точно знал, что это не правда. Что где-то там, в глубине собственной черепной коробки кто-то постоянно наблюдает за ним, не выскальзывая на светлую сторону лишь до поры до времени. Этот кто-то постоянно просчитывает опасность и в любой момент будет готов перехватить бразды правления, если только запахнет жаренным. От этого не избавится, как от кодов. Нет, это часть его самого, которая настроена всегда атаковать, сделать все, что угодно, чтобы сохранить биологическую жизнь для них обоих. И, по правде говоря, Джеймс благодарен за то, что она существует. Она не раз спасала его в критические моменты, когда он остался совершенно один. И ему удалось примириться с этим и придти к компромиссу со своей второй половиной. Проблема заключалась только в том, что именно сейчас эта вторая часть решила проявить себя, почуяв вполне оправданную угрозу.
[indent]  Баки следил за Штормом в отражении стеклянной поверхности навесного шкафчика, что находился у него прямо перед лицом. Он непроизвольно выбрал именно это место, для возможности наблюдать [это было вбито у него на уровне рефлексов; он всегда должен знать, что у него за спиной]. Нож все еще был у него в руках, а этот глупый мальчишка решил продолжить свою чертову игру, будто не понимая до конца, насколько сейчас Барнсу приходится сдерживаться. Все сигнальные системы в его голове буквально орали о том «Opasno! Vnimanie!» и мерцали красным, заглушая все мало-мальски здравые мысли//человеческие мысли.
[indent]  Барнс замер, держа уже не кухонную утварь – оружие у себя в руках. Он знал, что стоит ускориться, можно даже из такого положения, и нож легко войдет в глазницу, так что Шторм не успеет вспыхнуть. Это было приемлемо, риск минимальный, угроза для жизни незначительная. «Почему же ты медлишь?» — спрашивает чужой холодный голос, словно набат, посылая в живую руку импульс, который удается погасить только силой воли. «Вы больше не Зимний Солдат, Джеймс, а люди, которые Вас окружают – не цели». Он медленно выдыхает, и так же медленно делает следующий вдох, пытаясь снова взять контроль над своими демонами. Поднимает глаза и встречает в отражении два голубых озера.
[indent]  Джонни не особо напоминает ему Стива [хотя внешность у них почти одна на двоих], но сейчас он видит, насколько те оба ненормальные в плане неоправданных рисков. Баки все равно не может расслабиться до конца, но когда он вообще мог себе это позволить? Но он опускает плечи, позволяя парню устроить голову, не взбрыкивает, когда тот касается его руки. Барнс чувствует жар, который исходит от его тела, даже через слой одежды и тихо фыркает, когда чувствует касание губ. «Да, он такой же любитель влипать в неприятности, как и мелкий, или просто адреналинщик». Но Баки все равно испытывает странную жгучую смесь эмоций по поводу того, что кто-то, кто не-Стив и не-Брок касается его // находится так близко и, возможно, не боится. Он не может до конца их распознать, запоминая в точности и откладывая в памяти на потом, чтобы заняться этим позже в одиночестве.
  [indent] Не смотря на то, что само предложение Шторма еще больше заставляет его напрячься, он все равно соглашается, окончательно отпуская ситуацию. В конечно итоге, этот парень дорог Стиву и Рамлоу (хотя последний в жизни этого не признает), а, значит, их взаимодействие еще недолго можно будет сводить к общему минимуму. Конечно, об одной на всех постели Баки совершенно не думает в этот момент, скорее, о том, что глупо игнорировать того, с кем уже делишь кров. Это все равно, что игнорировать слона в посудной лавке – невозможно. Так почему бы не начать привыкать прямо сейчас. Для терапии это тоже полезно: первый какой-никакой шаг к социализации. Вот только, если бы он только не прижимался так…
[indent] — Отличная идея, — соглашается он, надеясь, что это заставит Джонни отойти от него на достаточное расстояние. – Только не клади гвоздику. Ненавижу её запах с недавних пор, — Баки поворачивается, отстраняясь всего на дюйм, находя опору в виде кухонной тумбы, на которой все еще стоит пирог. – И я, думаю, что Чаплина можно оставить на любой другой вечер. Уверен, пока я был оторван от общества, в мире появились новые шедевры. У меня, правда, нет списка Стива, но ты ведь знаешь что-то подходящее? – он пытался всеми силами не смотреть на Шторма как на цель, чтобы тому не было еще больше неуютно.
[indent]  Джонни Шторм, очевидно, решил побить за один вечер все мыслимые и  немыслимые рекорды, в плане самоубийственных решений [и в этом он тоже чертовски был похож на Стива]. Баки снова пришлось с силой сжать кулаки, чтобы подавить в себе очередную попытку инстинктов перехватить контроль, когда парень наклонился и прижался к щеке. Барнса пробила мелкая дрожь, так сильно ему пришлось сдерживаться. Теплое дыхание засранца буквально обожгло его, и, если бы ему было куда, он бы немедля отодвинулся. Баки на секунду зажмурился, как от зубной боли, снова успокаиваясь. «Он не угроза. ОН НЕ УГРОЗА!» — повторял он про себя, пережидая снова приступ легкого Зимнесолдатского недомогания// пока эти чертовы лампочки в голове не перестанут мигать красным.
  [indent] В этот раз ему понадобилась и правда всего секунда, пока все закончилось. Шторм был практически идеальным внешним раздражителем, для тестирования самообладания. Самоубийственно бесстрашный и достаточно ценный для того, чтобы стараться. И, что немало важно, при реальной угрозе, он бы смог себя защитить, если бы успел. А еще они оба точно не знали, что ждать друг от друга. Даже если сбросить все карты на стол, у каждого в рукаве еще останется по паре тузов. Это ведь на самом деле может быть достаточно весело, если приложить усилия.
  [indent] Раз тот захотел узнать Баки Барнса, то первое, что стоило ему понять, тот был еще тем засранцем. Это из него не смогли вытравить в гидре. Даже в бытность свою Зимним Солдатом, он все равно оставался еще тем говнюком. В принципе, именно поэтому, он и огребал у всех своих хэндлеров, кроме Рамлоу. Тот был, кажется, абсолютно равнодушен к выбрыкам Агента, когда это не угрожало миссии и не было направленно на кого-то из страйка [в этих случаях он не брезговал и воспользоваться электрошоком; правда, разряд никогда не был достаточно сильным, чтобы нанести хоть какой-то вред, он будто чувствовал с первых тренировок, когда Зимнему просто скучно, а когда на самом деле коротит].
[indent]— Думаю, нам обоим это нужно, да, Джонни? – Баки снова открыл глаза, вернув себе полностью самообладание, провел взглядом от босых ступней, скользя по всему телу, отмечая новые детали, будто только сейчас заметил, насколько парень обнажен. Остановился на губах, проведя по собственных вызывающе языком, и, только наткнувшись на два осколка льда, остановился не мигая и приподнял бровь. – Иди оденься, а я пока поставлю сотейник с вином. Оно успеет нагреется к твоему возвращению. И я могу заказать пиццу, потому что пирога, думаю, будет чертовски мало, если мы будем смотреть не короткометражку.

+1

6

[indent] шторм дергает плечами скованно и все же немного [даже // для него внезапно // неслыханно; словно он и вправду смущен этим прекрасным образчиком мужской красоты!] нервно [у них с барнсом, не смотря на то, что они до хуя и больше знали о том, что они в принципе значат в той или иной степени для стива и брока нечто большее, есть что-то общее - они оба к этой встрече наедине не готовы были!]:
- так нечестно, мог бы еще попритворяться, что я роджерс, это было бы даже забавно, но очевидно, ты предпочитаешь не скрываться за масками, барнс, - шепчет он, прежде чем снова коснуться губами его шеи. - ты до опизденения красивый, джеймс, - признается шторм, - я тебя хочу, - снова шепотом едва различимым, но уж точно не для лучшего оружия гидры. просто, признать это вслух // просто обозначить, что он согласен на много большее. просто, чтоб барнс понимал это все не только ради стива и брока. но в большей степени ради них двоих.
[indent] он все же уходит в отведенную ему комнату, чтоб надеть белье, футболку и спортивные штаны [впрочем он все еще не уверен кому они по первости принадлежали ему или стиву // привычка таскать шмотки друг друга у них повелась еще с базы, когда порою их застигал вызов координатора во время их спонтанных трахов]. взлохмачивает и без того беспорядочно лежащие  волосы. и возвращаясь и вправду готовит им с барнсом глинтвейн - барнсу без гвоздике // себе с ней. просто потому, что пора уже как-то сдвинуться с этой ебаной мертвой точки. пора и вправду перестать отрицать, что они есть в жизнях друг друга. будут в них. стивен грант роджерс просто не оставил им никакого другого гребаного выбора. стив в принципе всегда делает только то, что хочет. а последствия разгребать приходится остальным.
[indent] джонни все еще не может отказать себе в потакании своим маленьким слабостям, и касается барнса - проводит ладонью по пояснице, касается мимолетно плеча, пока они оба обеспокоены приготовлениями к первому в их жизни вечеру, который они разделят пополам. без стива. без брока. и правда может и к черту все эти маски!
[indent] - я не боюсь тебя, ты же знаешь, это? - спрашивает глухо, тихо, - я никогда не буду тебя бояться, барнс. я тебе доверяю, - твердо и уверенно пусть и почти, что ели слышным шепотом, когда они устраиваются на огромном диване и джонни запускает первую часть знаменитой на весь мир саги  джеймса лукаса о "звездных войнах" [он знает, не смотря на то, что у них с роджерсом не то, чтоб были хоть какие-то отношения помимо головокружительной ебли и попыток в сарказм, что тому нравятся эти фильмы!], притирается бедром своим  к бедру мужчины, чьей судьбе в этой блядско-жестокой реальности можно только посочувствовать [но джонни шторм все еще не ебаный мозгоправ // и не собирается сейчас становиться тем, кто будет копаться в мозгах барнса, где наверняка все еще каша - он успел уже кое-что узнать // понять // и осознать; барнс не будет ему за это благодарен - за сочувствие и за то, что он стал бы с ним носится как с писаной торбой, в конечном счете для таких вот вещей у того был стив роджерс, самая огромная наседка в мире!]... но он улыбается белозубо мужчине, что сидит рядом, откусывая от вкуснейшей пиццы-пеперонни, которую уже доставили и подмигивает, улыбается одной из самых своих лучших улыбок.
[indent] им нужно двигаться как-то дальше // им всем четверым, если уж начистоту, но правда все еще в том, что именно они с барнсом никогда вот так открыто и честно не пересекались друг с другом // не касались друг друга [ладно пока только джонни тянет свои руки к тому, что ему не принадлежит!]. не были близки хоть в какой-либо степени. два [ладно-ладно, три, никто не собирается списывать со счетов брока рамлоу, который единственный достиг того, что стив принадлежит ему по закону и кольца свои обручальные они не снимают оба!] спутника все еще вращающиеся вокруг одной и той же планеты, имя которой стивен грант роджерс. тот самый, который почему-то [не объясняя никаких причин вдруг решил вернуть его в свою, а заодно в жизнь своего законного мужа и неразлучника жизни! и джонни, не будучи совсем уж отбитым на голову не собирается спрашивать, что заставило почти что уже бывшего капитана америка изменить свое мнение, если б только не просто жалость! только б не жалость ебаная из-за того, что его тогда тоже разметало по джунглям вакандийским, когда они плечом к плечу вчетвером впереди всех прочих встречали армию таноса, зная, что цена в случае победы все равно станет непомерной // неподъемной] прислал ему ключи и коды. который так часто теперь смотрит пристально и никогда не отводит взгляда // не краснеет // целует властно, удерживая над пропастью, не дает упасть, но никогда не говорит о том, что между ними что-то большее. что это уже давным давно таковым стало. джонни остается это только на веру принимать. остается только молча, глотать все те вопросы, которые готовы сорваться с его языка, когда желание припереть стива к стенке становится просто напросто невыносимым. ему просто нужно знать кто он такой в жизни мужчины, который сломал ему нахрен всю жизнь тем утром, когда они трахались на его кровати на базе мстителей и он впервые [почти что!] в жизни доверил себя в чужие, ласково-заботливые руки, смотря в такие же яркие, как его собственные глаза и желал этого. жалел, чтобы этот мужчина заклеймил его // сделал своим. кто он такой в жизни рамлоу. кто такой в жизни барнса.
[indent] вся эта блядская недосказанность его убивает, по капле впрыскивая яд, что вплескивается в вены, капилляры отравляя кровь невозможностью знать, что будет дальше. и быть может, первый раз в жизни [шторм никогда и никому в этом не признается!] ему до охуения страшно... страшно смотреть в будущее... в котором он, может остаться один. без стива... без брока... и черт побери даже без барнса... остаться одному и жить с осознанием того, что он всегда был никем. просто трахом. просто игрушкой.
[indent] и он решается // он правда шагает в это все, потому, что барнс все еще наиболее безопасный вариант для его откровений... много не смотря на все прочее более, чем стив или брок... наверное, даже в особенности брок, с которым все еще все запредельно сложно [все еще тлеют угли прошлой обиды, не смотря на все уже давно минувшие годы с той их первой и вполне себе случайной встречи, которая оставила неизгладимый след на его душе] и решает открыться... хоть кому бы там ни было на всем белом свете [помимо сью, но сестренка все еще считает, что ему следовало бы держаться от этого всего как можно дальше, но когда вообще он слушал её в своей жизни, которая напоминает ему американские горки, с которых не сойти // не спрыгнуть, где приходится снова и снова взлетать ввысь и падать ниц, болезненно // жестко, и даже жестоко].
- ты в курсе почему роджерс передумал? - спросит прямо, смотря в эти льдистые глаза, которые совсем не схожи с его собственными или с глазам стива [они все еще почти, что чертовы однояйцовые близнецы!] - прислал мне ключи и коды? - сглатывает нервно, жаждя ответов хотя бы от того, кто всегда был и будет первой величайшей любовью стива // того, чье место в сердце и жизни роджерса им с рамлоу никогда не занять [и это очень даже объединяет, даже если они трахаются, чтоб избавиться от той боли, что не перестает терзать их обоих; слишком упрямых, чтоб признать вслух - они з а в и д у ю т баки!]

0


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » `It'll take time to find out where we stand


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно