активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » злачные места чреваты головной болью [bubble]


злачные места чреваты головной болью [bubble]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

ЗЛАЧНЫЕ МЕСТА ЧРЕВАТЫ ГОЛОВНОЙ БОЛЬЮ


Олег Волков, Игорь Гром//злачный бар на задворках Питера//незадолго до начала событий линейки ЧД

https://i.imgur.com/tZwkPVT.png

https://thumbs.gfycat.com/AgileUniqueGopher-small.gif

https://i.imgur.com/A0k0QTy.png

Гром уже было подумал, что смирился со своей скорбью, но не тут-то было. Внезапная встреча с ожившим мертвецом — не лучший подарок в день рождения давно погибшей жены.

+3

2

Для того, чтобы забыться, ему обычно требуется восемь рюмок, но сегодня, в день рождения Юли, не хватает даже двенадцати. Игорь пьян, но совершенно не чувствует своего состояния, да и когда в последний раз он заботился о себе, ощущал что-либо кроме как всепоглощающую безысходность и одиночество?

Гром сидит за барной стойкой, оглядывается за спину, рассматривая полный зал людей. Посторонние голоса сливались с музыкой на фоне в единое бесформенное нечто, и лишь тогда он мог спокойно выдохнуть, все сильнее погружаясь к границе бессознательного и заглушая собственные голоса в голове.

"Какое же ты ничтожество, Гром" - сам того не замечая, бубнил себе под нос бывший следователь. Потерев виски и закрыв на секунду глаза, он вновь увидел образ Пчёлкиной. Очень много хотелось сказать, и теперь он постоянно говорил, только теперь уже у могильной плиты, не получая ответов. Мысли цеплялись за единственные крохи воспоминаний. Спустя некоторое время Игорь заметил, что без фотографии не может вспомнить ее лица, но зато был тот, кого он забыть был не в силах. Словно в насмешку, в голове Грома твердо зафиксировался Чумной Доктор, Сергей Разумовский. Проклятый психопат забирает у него даже память о тех счастливых моментах с любимыми людьми, которых уже не вернуть.

Где-то в дальнем углу помещения народ настраивал караоке. Очевидно, кто-то сегодня проведет ночь на славу. Довольно шумная девица, одетая по-театральному вычурно, капризно просила официанта включить композицию. Голос, признаться, у нее был хороший, хоть Игорь и не разбирался в подобных тонкостях.

Ты разыграл свой дебют фигурою белой.
Все получил твой король за размен королевой.
Вот он один на доске застыл обреченно.
Что ж ты прекрасно провел этот эндшпиль за черных.

После этих слов его откровенно разъебало. Ненависть и гнев поднимались из грудной клетки, застыв комом в горле, не давая свободно вздохнуть. Гром размял ладони, сжав их в кулаки и хрустнув костяшками - его прямо распирало на драку. Ведь это было единственным способом снять напряжение, да и претендентов в этой дыре было предостаточно. Моральные рамки покинули Игоря довольно давно, после четвертой или пятой рюмки, а сейчас, бахнув чистоганом виски, не осталось даже и следа нравственности.

Боковым зрением он уловил фигуру незнакомца, сидящего в паре метров за барной стойкой. Сколько уже этот хер здесь сидит и почему Игорь не заметил его? Он был бы и рад махнуть на него рукой и забить, но подсознание внутри так и вопило, подавая знаки. Какие - он не мог понять. Прищурившись, Игорь застыл, уставившись на мужчину, образ которого имел знакомые черты лица. Олег Волков.

- Должно быть это галлюцинации. - не хотел верить своим глазам Гром. Но чем дольше он наблюдал за Волковым, тем яснее становилось лишь одно - перед ним в паре метров сидел живой наемник Разумовского.

Бешенный пес сорвался с цепи. Он без каких-либо раздумий поднялся с привычного места и направился напрямую к нему. И плевать Гром хотел на то, что при малейшем движении все вокруг плыло.

- Какого ебаного хера ты здесь забыл?! - схватив того за воротник куртки и повернув к себе, он завел руку для удара. Так просто, без выяснения отношений. Перед Олегом стоял не Гром, а лишь тень былого грозного следователя, и во взгляде его блестели огоньки чистой, нескрываемой жажды мести.

+1

3

С наступлением сумерек Олег выбирался из их с Серёжей убежища и без цели направлялся прочь от него по погружающимся в темноту улицам. Вокруг шумели машины, галдели люди, то и дело раздавались неприятно громкие звуки, но сейчас эта какофония звучала для Волкова почти чарующе. Уже пару месяцев его почти не подбрасывало на месте от хлопков дерьмово закреплённых глушителей и чужих пьяных криков, и наёмник раз за разом выходил из дома просто ради того, чтобы убедиться — ему действительно стало легче. Не показалось и не приснилось!

Во многом изменению состояния Волкова поспособствовал пришедший в себя Серёжа. Вернуть его к жизни после перенесённого в лечебнице первое время казалось невозможным. Но день за днём его рыжее недоразумение становилось всё спокойнее и разговорчивее, и по мере того, как Разумовский оттаивал, с сердца и психики Олега постепенно сдвигался камень.

Сейчас он мог гулять спокойно, зная, что оставленный в одиночестве Серёжа не просто не навредит себе, но и найдёт, чем себя занять, пока его верный, — снова до боли и безумия верный, будто и не было никогда тех злосчастных пяти выстрелов, — пёс отдыхает от длинного дня.

Сегодня бесцельное блуждание по улицам родного Питера привело Волкова в обшарпанный полный людей подвал. Вдруг захотелось просто зайти в первый попавшийся бар, заказать себе кружку пива у барной стойки, и почувствовать хоть на минуту, что его наёмничья жизнь может быть вполне обычной. Бар, в который его занесло, явно не мог похвастаться ни интерьером, ни контингентом, но в нем было что-то по-студенчески родное и по-армейски понятное.

Эй, отец, налей пшеничного! — Волков устроился за барной стойкой, предвкушая спокойный вечер.

Стареющий бармен беззлобно хмыкнул в ответ на “отца”, а Олег тем временем окинул бар цепким взглядом наемника. И радостное предвкушение стремительно улетучилось — буквально через пару человек за той же липкой барной стойкой сидел уже изрядно заросший и надравшийся, но до зубовного скрежета знакомый мент.

Волков нервно выдохнул, достал телефон, забрал кружку с пивом и принялся осторожно наблюдать за бухающим Игорем Громом.

“Низко же он опустился. Сколько там рядом рюмок?..”

Здравый смысл подсказывал, что стоило уйти, но наёмничье предчувствие обещало интересное развитие вечера. Тем временем, в другой части зала хрупкая девица с неплохо поставленным голосом затянула печальную песню в караоке. Олег не стал вслушиваться в текст, а вот Грома, видимо, пение задело за живое.

Волков подобрался и отставил только начатое пиво. И не зря —  Гром принялся бросать на него косые взгляды, видимо думая, что его наблюдение останется незамеченным, а затем — кинулся на старого врага с кулаками. Впрочем, эта попытка нападения показалась Волкову жалкой. Игорь двигался неровно, медленно, предсказуемо.

Олег с легкостью отклонился с траектории полета ментовского кулака, поймал Игоря за запястье, вывернулся из вражеской хватки и, пользуясь собственной инерцией нетрезвого тела, впечатал мента лицом в барную стойку. Приём вышел чистым и точным — даже кружка с волковским пивом не пострадала.

Аналогичный вопрос. Ну, не буянь, ты здесь не один отдыхаешь, — Волков держал Грома крепко, не давая особо дергаться.

Посетители бара поглядывали в их сторону без интереса, будто такие ситуации были в этом баре обыденностью. Олег кивнул бармену, одним взглядом обещая, что буянить пьяному знакомому не даст, и наклонился к Грому поближе.

Ну что, Игорь? Успокоишься и поговорим тут или желаешь продолжить на улице? Не советую выбирать второй вариант, ты едва стоишь на ногах и двигаешься как улитка, так что должен понимать, в чью пользу закончится наш разговор, — Олега говорил убийственно спокойно. Даже сейчас, осипший и тихий после неудачной интубации, его голос легко внушал если не страх, то как минимум веру в превосходство его хозяина. — Сейчас я тебя отпущу, но если продолжишь цирк — синяками не отделаешься.

Выждав несколько секунд, Волков отпустил Грома, взял свою кружку и сел обратно за опустевшую после их потасовки барную стойку.

“Вот забавно будет, если он и правда согласится поговорить”

+2

4

Слова наемника звучали более, чем здраво, только проблема заключалась в том, что Гром, в силу своего состояния, совершенно не слышал предложения Олега. А он будто издевался - мало того, что теперь прижимал бывшего мента лицом к барной стойке, да и шептал еще, поэтому иногда фразы смешивались в общую шумиху обстановки.

- Кх, ладно-ладно, я спокоен. - процедил сквозь зубы Игорь, пока что засунув свой гнев и желание расквитаться куда подальше. Как ни странно, от резко поднявшегося в крови адреналина стало даже легче соображать, как и двигаться. Глазами он пробежался по его виду, а затем, подавляя желание уебать Волкову только из-за одного надменного взгляда, он поправил куртку, будто смахнул с нее пыль, повернулся к бармену и жестом попросил его "налить еще по одной".

Игорь сел рядом, уставившись в деревянную поверхность стойки, собираясь с мыслями. "Понятно, почему он себя чувствует победителем, я то выгляжу как бомж с вокзала" - признавать факт выгодного положения Олега было неприятно, но Гром уже привык смотреть правде в глаза и мириться с собственным ощущением ничтожности.

- Я думал, ты галлюцинация. С тех пор, как ты и... после побега из психбольницы долго вас искал. Каким ветром сюда занесло, хах? - слегка нервно выдохнул Игорь. Сам себе удивлялся от того, что настолько спокойно продолжил диалог. - Сегодня у Юли день рождения. - коротко продолжил Игорь, а сам постепенно стал ловить себя на мысли, будто оправдывается перед Волковым за свое скотское состояние. Но, признаться, этим вечером ему очень хотелось поговорить, да не с кем теперь: он прекратил общение со своим прошлым кругом людей, которые еще живы остались, а Дима, его самый близкий друг, все реже брал трубку и с неохотой отвечал Грому короткими фразами, лишь бы отделаться от товарища. И кто бы мог подумать, что сегодня его выслушает прихвостень Разумовского?

- Если ты продолжишь на меня так смотреть выебисто, то клянусь, так тебя на улице отделаю, пожалеешь, что жив остался. - прошептал ему, хмыкнув в сторону. - А как ты, кстати, жив остался? Разумовский же в тебя обойму зарядил в Венеции.

+1

5

Гром действительно успокоился и сел. Не стал кидаться на Олега, не начал быковать и привлекать внимание всего бара. Кажется, он даже смог оценить ситуацию относительно трезво — вот уж чудо божье в его состоянии — и признать превосходство Олега. Волков бы соврал, скажи он, что такой поворот событий его не удивил и, самую малость, не польстил.

С довольной усмешкой наёмник сел на соседний от Грома стул и подтянул к себе оставленную раньше кружку пива, намеренно слегка задевая Игоря локтем. Не то, чтобы Олег нарывался, но играть с ментовскими нервами было интересно. Волков отряхнул локоть своей брендовой («да, Серый, заказывай, мне в целом похуй, лишь бы чёрное») кожанки и окинул взглядом Грома. Неухоженная борода, неаккуратная одежда, синячищи под глазами и слегка дрожащие руки выдавали его подзапущенный алкоголизм и тоскливое жизненное положение.

Гром заговорил, и Олегу потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, кто такая Юля. Затем в голове все же «загрузился» образ красноволосой грудастой и бойкой девчонки — то ли невесты, то ли жены, и картинка сложилась окончательно.

«Страдания по погибшей любви… Пожалел бы тебя, не будь ты такой скотиной»

Но оскорблять Грома вслух было пока рано. Олегу действительно было интересно с ним поговорить — и этот внезапный интерес удивлял самого Волкова.

К сожалению, я вполне реален. Соболезную. — краем глаза Волков заметил, как Гром сначала напрягся, прислушиваясь, а потом гневно-недоуменно зыркнул на собеседника. Наёмник хмыкнул. — Неудачная интубация. Громче не могу, уж прости.

Олег подтянул к себе пепельницу и задумчиво закурил, продолжая искоса следить за ментом. Тот явно был настолько в отчаянии, что готов был уже поговорить и со старым врагом, лишь бы хоть кто-то его выслушал. Либо на Игоря так влиял алкоголь. Хотя… нет, слишком велика была неприязнь между ними, чтобы все можно было списать на алкоголь.

Иди нахуй, Гром. Хочешь драться — пойдём на улицу как воспитанные люди, — Волков хмыкнул и довольно затянулся. — Как выжил? Ну, стараниями медиков, очевидно. А теперь моя очередь. Расскажешь, как ты докатился до вот этого всего? Премия с поимки Серого закончилась, и ты решил булькнуть на дно?

На самом деле, Волкову хотелось спросить не об этом. Он смутно помнил, как Серёжа упоминал, что видел Игоря в клинике, пока там лежал. Олег не знал, можно ли этому верить, и сейчас как раз мог выдаться шанс уточнить.

“Главное, не спугнуть”

+2

6

Всем своим видом Волков прямо нарывался на иной исход вечера, и предложение отметелить его на улице становилось с каждым его словом идеей более желанной, принимающей реальные очертания. Игорь проигнорировал тычок локтем, но определенно взял себе на вооружение. Да и вообще смотреть на Олега, явно не отягощенного проблемами, становилось невыносимо. Хотелось его задеть, но Гром пока не знал, чем именно - словом или стулом.

- Как я докатился-то? Вашими стараниями, Олег. Твоими и Сергея. - Гром потянулся к своему стакану и обхватил его рукой, но пить замешкался, явно оценивая свое состояние и внутри борясь с зелеными змиями, подначивающими его выпить еще по одной. Но в таком случае придется отключиться и тогда внезапно замаячивший в перспективе шанс допросить Волкова (а может и задержать), улетит в небытие.

Совершенно непринужденно взяв волчью пачку, Игорь достал оттуда сигарету и, воспользовавшись его же зажигалкой, прикурил. - Хм, удивлен, чего ж не женская, Олег. Ты ведь вроде всегда как мамка заботился о богатеньком Сергее, слюни подтирал. И не надоело дерьмо за ним убирать, в которое он превращает ваши жизни, м? - Игорь и сам умел обмениваться любезностями. - Заявился сюда, жив-здоров, ведешь себя как мразь, сидишь тут в своих дорогих шмотках. Вот она, справедливость, хаха, как иронично, да. - Гром резко перестал ерничать, а рука, которая слегка двигала кругами стакан, резко и цепко сжалась вокруг стекла и в следующий момент Гром плеснул в Волкова содержимое стакана, затушив его сигарету и в целом "охладив" надменность наемника. - Я тебе сказал, будешь так на меня смотреть, огребешь, дружище. - поставив стакан на место, он устроился, как ни в чем не бывало, и затянулся вновь, выпустив дым в лицо Олегу. - Я, блять, даже не знаю, что я сейчас чувствую. Наверное, я чертовски зол, что таким подонкам все сходит с рук. Я все время думаю о том, где справедливость, что ты вот - жив, Сергей на свободе, а моя Юля в земле.

Закинув ногу на ногу, он смахнул пепел в пиво собеседника. Гром понимал, что скорее всего после больницы положение дел Разумовского в любом случае лучше, чем у него, и хотел бы спросить, да вот разговор что-то не клеится. Совершенно не допирая провокаций Олега, он абсолютно стопроцентно купился на них.

- А знаешь, что, пойдем-ка на улицу. - в глазах Грома сверкал какой-то странный огонек. Если уж не в подворотне от маньяка, так может от старого знакомого получится закончить эту жизнь и сегодняшнюю долгую ночь. Игорь Гром устало вытряс из карманов скомканные деньги и оставил их на мокром столе.

+1

7

И всё же, Игорь Гром явно пытался нарваться. Олег проследил, как мент (бывший) вальяжно взял чужие сиграеты, нагло потянулся за зажигалкой. Волков нехорошо усмехнулся одним только уголком губ. Такое поведение серёжиного, а значит - и олегового, злейшего врага, откровенно забавляло и слегка будоражило кровь.

«Интересно, как далеко ты зайдёшь, Игорёк?»

Тирада про “женские” сигареты не всколыхнула в душе Олега вообще ничего. Волков по натуре был хищником - его мало что задевало, и он предпочитал молча дать оппоненту натявкаться, прежде чем потерять терпение и закопать его живьем. Поэтому, оскорбления в свою сторону, он слушал молча. От слов о Сергее внутри всколыхнулась холодная злость, но пока что пускать её в дело было рано.

— Заявился сюда, жив-здоров, ведешь себя как мразь, сидишь тут в своих дорогих шмотках. Вот она, справедливость, хаха, как иронично, да.

— И правда, как иронично, Гром. Что ты до сих пор не понял, как на самом деле работает справедливость. Нет никакой кармы, нет великого доброго божества, которое раздаёт всем по их делам. Есть только ты и последствия твоих собственных решений, — Волков говорил спокойно и холодно, с ноткой жалости к Игорю.

И всё же, выплеснутого в лицо алкоголя Олег не ожидал. Он зажмурился вовремя, спасибо боевым рефлексам, смахнул высокоградусное пойло с глаз, чтоб не обожгло, а затем взглянул на Грома. В карих глазах Волкова читалась тихая звериная ярость. Ещё одна ошибка, говорил этот взгляд, один маленький косяк — и тебе пизда.

«Как же тебе, Игорёк, повезло, что волк сначала терпит и оценивает ситуацию…»

А ситуация складывалась интересная. Гром борзел с каждой минутой, видимо, выпитый раньше алкоголь окончательно отбил у него желание жить и чувство самосохранения. Олег выжидал. Он не стал реагировать на дым в лицо, но когда Гром потянулся к его пивной кружке, Олег уже знал, что наглый мент пытается сделать.

Волков поднялся раньше, чем Гром предложил выйти наружу, положил на барную стойку деньги за испорченное Игорем пиво, и навис над ментом, угрожающе хватая его за воротник рубашки. Ему не нравился огонёк в глазах противника. Олег видел в нём слишком болезненное отчаяние, пожелание смерти, то ли Волкову, то ли самому себе. Противники с такими глазами были опасны и непредсказуемы.

Вместо ответа на приглашение выйти, Волков сдернул Грома со стула и подтолкнул в спину к двери.

— Иди. Продолжим на улице.

К олеговому удивлению, Гром действительно вышел относительно спокойно, не считая недовольного агрессивного взгляда.

На улице их встретил холодный ветер, приятная погода для уличного мордобоя. Стоило тяжелым дверям закрыться за спиной Олега, как наёмник безо всяких дуэльных предупреждений размахнулся правой в лицо Грома, и технично вломил ему кулаком левой руки под ребра.

«Чёрт. Не думал, что пиздить его будет настолько приятно!»

+2

8

Ткань рубашки предательски затрещала, когда без особых церемоний наемник вцепился в Грома. И уже тогда, по его цепной хватке и силе, с которой Олег сжимал воротник, толкал мента (бывшего) от столика, было понятно, сколько в нем сейчас ярости.

- Руки убрал. - бросил тихо Игорь ему вслед, чтобы вставить свои пять копеек и последнее слово в этом небольшом конфликте оставалось за ним.

Держится Волков отлично, стараясь не подавать виду, но его резкие движения полностью выдавали животный гнев. Бесценное зрелище, Игорь нарывался и наконец получил толику реакции. Когда их лица оказались примерно на одном уровне, Игорь одарил последнего агрессивным оскалом-улыбкой - азарт предстоящей драки вместе с адреналином уже бушевал в крови.

Бодро волочась в сторону входной двери, Игорь невольно сжал ладони в кулаки, смачно хрустнув костяшками. Приглушенные лампы бара освещали старый паркет, придавая изначальному цвету благородной ржавчины темно-красный оттенок. Вся атмосфера на пару секунд отправляла в недалекое прошлое, когда Игорь пытался заглушить свою боль и после работы торчал в подпольном бойцовском клубе. Ему было плевать на ставки. Оставляя символичную сумму, он жаждал только одного - здорово выпустить пар и всю ту агрессию, мешающую в обычном его существовании. Абсолютно похуй, побеждал он или проигрывал, загибаясь от боли. Главное подавить те мрачные мысли, уничтожающие изнутри. И чем сильнее был противник, тем интереснее становилось Игорю. За его спиной же сейчас спокойно шел Олег, а он не понаслышке являлся опасным бойцом.

"Верный цепной пес Разумовского" - мысленно дал ему описание Игорь, но не произнес это вслух, потому что итак уже ощущал на себе тяжелый как железная арматура взгляд Волкова.

Прохладный ветер с привкусом мутной воды из канала моментально ударил в лицо. Приятное чувство, хотелось закрыть глаза, только вот Олег ему любезно этого сделать не позволил. Пытаясь увернуться от направляющегося к нему кулака, Гром проморгал другой, абсолютно грязный приемчик, которым и сам любил пользоваться. Он заметил это слишком поздно, но если раньше (в трезвом состоянии) он еще мог бы держаться на ногах после такого, пошатываясь, то хук левой в живот в нынешних обстоятельствах заставил Грома чуть ли не повиснуть на руке Олега, и уже когда подкосились ноги, он упал на коленки, согнувшись в три погибели.

- Уро..д...хах. - только и успел он пробулькать, сидя на четвереньках перед Волковым. От боли перехватило дыхание, и он больше не смог сдерживать подступающий ком в горле. Да, Игорь блеванул всем содержимым выпитым за сегодня на ботинки противника. На душе прямо полегчало. Слегка запрокинув голову вверх, он ухмыльнулся Волкову и вытер кулаком рот.

- Ты погляди, испортил тебе обувь. Как же похуй.

"Играешь нечестно, значит, хорошо, еблан"

Задуманная техника была сложной со средней дистанции, но так как Гром находился в непосредственной близости к врагу, то решил рискнуть. Подавляя повторное желание согнуться, Игорь резко поднялся перед Олегом, в процессе готовя удар согнутой правой рукой снизу. Напрямую по подбородку он не попал - удар от рикошетил вдоль лица от подбородка к уху. После неудачного апперкота ничего не оставалось, кроме как толкнуть Олега назад, с лестницы из трех ступенек. И сделать Гром это мог разве что только навалившись на брюнета всем телом. Оба полетели на землю.

- Ублюдок, мать твою. - вертолеты в голове лишали Грома маневренности, а потому он хотел взять этот бой разницей в весе. В идеале надо было придавить оппонента к пыльному асфальту и бить без остановки, пока Олег не лишит его этой возможности. И, Гром клянется, если не его убьют, так он убьет этим вечером.

Отредактировано Igor Grom (2021-08-02 20:46:34)

+1

9

Гром настолько быстро сложился от удара, что Волков испытал что-то на грани разочарования и жалости — не той, что испытываешь к бездомному котёнку или товарищу по несчастью, а липкой и брезгливой, от которой хотелось скорее отделаться и вымыть руки с хозяйственным мылом.

Игорь любезно подкрепил это ощущение уже в следующую секунду. Олег не ожидал, что мента вывернет прям вот так сразу, хотя, если подумать, предположить подобное точно стоило, и не успел отскочить в сторону. По ботинкам, скроенным на армейский манер, но из превосходного качества кожи, расплескалось выпитое Громом. Волков зло порадовался, что тот видимо не успел плотно поужинать, и отступил назад, пытаясь отряхнуть следы громовой рвоты со своей обуви.

В глубине души Игоря хотелось пнуть, заставить его встретиться с последствиями своего пьянства, так сказать, лицом к лицу. Но Волк не бил слабых и жалких. Не ради моральных принципов — просто чтобы ненароком не убить. Самоконтроль у Олега всё-таки порой сбоил.

— Ты погляди, испортил тебе обувь. Как же похуй.

Олег стиснул зубы. Злость в нём уже почти дошла до точки кипения. Мало того, что перед ним в принципе был Игорь Гром — скотина и бывший мент, так он ещё довёл себя до состояния синего овоща, не способного драться, не смог признать превосходство Волкова в этой ситуации и испортил обувь, которую выбирал для Олега Серёжа! В добавок к этому, Игорь продолжал борзеть.

«Волков, блять, нет, ты не будешь забивать этого урода до смерти, как бы сильно не хотелось! Мы на набережной, хоть и не в самой людной её части, а высовываться сейчас нельзя!»

От апперкота Олег увернулся на чистых инстинктах — смесь ярости, жалости и брезгливости с попытками вернуть себе едва не слетевший самоконтроль сыграли с наёмником злую шутку. Он не ожидал, что Гром продолжит драку, и в мгновение оказался в проигрышном положении. Уворот вышел неудачный, одна нога едва не соскользнула со ступеньки, и когда Гром накинулся на Волкова всем телом, тот не сумел отшвырнуть противника, и они оба приложились об асфальт.

Олег сумел избежать удара затылком, успев слегка извернуться в падении и приземлиться на плечо. Травмированную выстрелом мышцу тут же прошило болью, и Олег буквально почувствовал, как рука теряет большую часть подвижности.

«Да ёбаный ж ты нахуй!!!»

Стиснув зубы, Волков выдохнул и резко дернулся вперед, ударяя Грома головой в нос. Как только тот отшатнулся от удара, Олег столкнул его с себя, откатился в сторону и вскочил на ноги. Теперь у него снова было преимущество над лишённым маневренности Игорем, и не дожидаясь, пока Гром придёт в себя, Волков снова ухватил его за многострадальную рубашку и дернул вверх и вбок, заставляя встать и сделать шаг в сторону. Валяясь по асфальту они переместились от выхода из бара и теперь за спиной Игоря, на расстоянии одного хорошего пинка, находилось ограждение, разделяющее улицу и плещущийся в паре метров ниже канал. С нехорошей усмешкой Олег от души толкнул Грома, впечатывая его спиной в видавший лучшие годы камень ограды.

— Продолжим, Гром?

Олег усмехнулся. Сдерживать ярость и азарт больше не получалось. Шанс выместить на Громе всю злость за их с Серёжей неудачи, за всю ту боль, которую по вине мента испытал его рыжий, буквально срывал олегов предохранитель.

Наёмник зажал Игоря и с явным наслаждением впечатал ему кулаком по лицу. Второй удар, нацеленный туда же, прошёл мимо — то ли Гром оказался слишком быстрым, то ли травмированная рука не желала слушаться как надо, — и Волков компенсировал его пинком коленом.

— Нравится, сучара?!

+2

10

Казалось, у Игоря открылось второе дыхание. Чем усерднее вкладывал ярость в свои удары Волков, тем сильнее Гром чувствовал себя более... живым. Вспышки тяжких воспоминаний замещались физической болью и в такие моменты становилось гораздо проще. Яркие картины Венеции, лечение в психушке по методу доктора Рубинштейна - все это оставалось где-то позади, в глубине рассудка. И когда Олег ударил его головой по носу, что-то внутри неприятно хрустнуло, Игорьку пришлось сбавить обороты. Но вот Волков, казалось, наконец вошел во вкус.

Ткань рубашки рвется с такой силой, что кажется, будто от воротника уже совсем ничего не осталось, да и плевать. В каждое движение Олег вкладывает максимум ненависти, что кажется, вот-вот достанет нож, чтобы порешать с противником побыстрее. Но это не стиль наемника, гордость не позволит. Несмотря на свою паскудническую натуру, Олег честный боец.

К счастью, забегаловка, у которой эти двое решили свести счеты, находилась не в центре города, поэтому свидетелей их драки было совсем немного. Пара бухих ребят, вылезших из бара покурить, с интересом смотрела на картину около канала. Гром еле заметно взвыл, едва его позвоночник приложился к бетонной ограде с любезной подачи Олега.

— Продолжим, Гром?

Подначивать врага больше не нужно, да и времени на ответ Волков ему не предоставил. Игорь успел разве что вытереть рукавом порванной рубашки кровь, стекающей из носа. Он выглядел отвратительно, грязный, испачканный, побитый, как последняя собака. Но и от невозмутительного вида Олега тоже ничего не осталось - такой же запыленный от возни на земле, с мокрыми пятнами от вискаря и с облеванными ботинками. Эти двое выглядели как стая разъяренных бродяг.

Игорь не мог вспомнить, из-за чего они даже начали драться. Сейчас оба действовали на чистейшей ненависти. По глазам Волка можно было догадаться - он ущемился, едва вспомнив, как хреново обошлись с его другом и маньяком Разумовским.

- Пиздец ты. - всё, что успел прошептать Гром, получив сперва смачный удар по лицу, а затем, чисто случайно избежав повторения, успел заблокировать удар ногой. И когда казалось, что Волков открыт для ответного удара, Игорь вдруг понял, что почва уходит у него из под ног.

И только в этот момент до него дошло.

"Удара-то я не избежал, я просто не почувствовал"

Бывший мент весьма оригинально вышел из драки, по инерции пошатнувшись назад от пинка. И громким всплеском холерная вода канала забирает его в себя, теряя прежнюю тихую гладь, уродливо отражающую тусклые фонари дорог и огни неоновых вывесок. Ему вдруг кажется, что он падает в зеркальное отражение Петербурга, на изнанку, полную хаоса и гармонии. Он больше не слышит внешних звуков с поверхности, лишь свое сердцебиение, превращающееся в тиканье часов доктора Рубинштейна, пробуждая в Громе то, что так усердно взрастили в нем на сеансах - истинное, демоническое начало. Оно забирает контроль над телом, сковывая движения холодом и судорогами. Игорь пытается вынырнуть, но теряет всякое ощущение пространства в темноте. Он потратил слишком много сил, чтобы выкарабкаться отсюда, но вода словно вязкая жижа, не дает ему ни единого шанса на сопротивление.

"Ты останешься здесь, хватит, Игорь." - шепчет что-то или кто-то его же голосом. Воздух в легких заканчивается, сдавливая грудную клетку пустотой. И он перестает бороться, отдавая себя стихии.

Отредактировано Igor Grom (2021-08-23 20:22:46)

+1

11

В какой-то момент всё пошло не по плану. Если у внезапных драк посреди бара вообще когда-либо бывал план. Олег проиграл внутреннему зверю. Пиздить Грома оказалось в сотни раз приятнее, чем Волков мог себе представить. Олег вымещал на нём злость за всё: за то, что Серёжу посадили по вине этого жалкого мента, за паршивый день, за заблеванные ботинки, за неотпускающее напряжение последних нескольких месяцев.

Если в первые минуты драки Волков ещё пытался оценивать ситуацию и просчитывать дальнейшее её развитие, то теперь от рассчётливости наёмника не осталось и следа. Осторожности хватило только на то, чтоб ещё раз оценить обстановку — окинуть взглядом улицу, на которой развернулась драка. К счастью, никто из прохожих, если они и были, решил не задерживаться на месте возможного преступления. За это Олег искренне любил их родной русский менталитет.

Увлёкшись мордобоем, наёмник даже не сразу понял, что противник странным образом отклонился назад. В следующий момент мимо лица Олега промелькнула грязная старая обувь Грома. Волков успел выхватить фрагмент облупившейся искусственной кожи на внутренней стороне левого ботинка, — и в голове собралась картина происходящего. Мент летел в канал. Олег ещё успевал дернуться вперёд и ухватить неспособное противиться гравитации тело, но замешкался.

«Брось его, пусть протрезвеет, русалочка!» —  почему это упивающийся чужой болью внутренний голос был сейчас так похож на голос Серого?!

Но поводов спасать Игоря Грома Олег действительно не видел. Во-первых, мент не мог не уметь плавать, а во-вторых, на его благополучие Волкову было искренне плевать. Гром ушёл под воду со звучным плеском, до Олега долетело несколько отвратительно холодных капель. Наёмник только хмыкнул. Хотелось развернуться и уйти — сесть в другом баре, выпить наконец свой бокал пива и выдохнуть после этого безумного вечера, но нужно было дождаться, пока мент всплывет над водой. Лишний труп им с Серым был сейчас ни к чему. Мало ли было сегодня в этом переулке случайных прохожих, которые с радостью помогут составить фоторобот мрачного и опасного Олега Волкова. По поводу своей непримечательности наёмник иллюзий не испытывал.

Только вот Игорь не думал всплывать. В какой-то момент Волков действительно заволновался — прошло уже около четырёх минут, а активного движения под водой так и не началось.

«Блять, и что теперь, спасать его жопу?!»

Это предположение злило до скрипа, но время продолжало идти, Гром не собирался всплывать, а труп и последующие поиски его наёмничьей задницы всё ещё не входили в планы.

Волков выматерился, быстро спустился поближе к воде, сбросил обувь и куртку, закатал рукава и прыгнул. Нева была холодной, как сучара, на секунду у Волкова перехватило дыхание и плечо свело судорогой. Наёмник мысленно выругался, собрался с силами и нырнул — неудачливого мента в этой темной мутной воде ещё предстояло найти.

«Как же дохуя ты будешь мне должен, Игорь Гром!»

Наконец, на глаза попался массивный темный объект, похожий на человеческое тело, и Олег метнулся к нему, схватил Грома за одежду травмированной рукой и принялся вытягивать их обоих на поверхность, работая более целыми конечностями. Боль и холод бесили, но придавали сил. Спустя бесконечных несколько минут Волков уже вытаскивал Грома на грязный камень нижней части набережной. Дальше все было делом техники — первой помощью Олег занимался уже столько раз, что действовал уже на автомате. Наконец, когда Игорь закашлялся, наёмник с облегчением выдохнул и отпихнул его от себя, устало садясь прямо на камень.

В куртке ещё остались сигареты, и Волков закурил.

— Пиздец вечерок…

0


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » злачные места чреваты головной болью [bubble]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно