активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » the path we start together [genshin impact]


the path we start together [genshin impact]

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

the path we start together


Aether, Zhongli // от склона Уван до Гавани Ли Юэ// до и во время Церемонии Сошествия

http://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/645/t135343.jpg

Была ли наша первая встреча случайностью или знамением... Будущее покажет, Путешественник.

+1

2

Слишком тихо.

Ни звука, ни шороха, даже резвый ветер, увязавшийся за ним следом от самой Гавани, где-то свернул не туда, затерялся и исчез. Возможно, и к лучшему: лёгкому и беззаботному в тяжело давящем на голову безмолвии не место. Высокие, голые деревья подпирают низко лежащее небо, а полузаросшая тропа мелькает то тут, то там, уводя редкого прохожего всё дальше и дальше в темноту. Здесь редко бывают люди, и даже жители близлежащей деревни предпочитают делать крюк, обходя склон Уван стороной.

Дурное место.
Проклятое.

Полусгнившие, вросшие в землю остовы домов; словно голые кости белеющие в полумраке остатки старых каменных дорог; щербатые, осыпающиеся лестницы, ведущие к вершине, с которой в незапамятные времена и сошёл безжалостный поток. Успели ли люди покинуть это место или же оказались беспомощны и беззащитны перед буйством стихии знают лишь холодно-молчаливые склоны да пляшущие над ними ярко-синие огоньки.

Говорят, так мерцают неупокоенные души погибших.
Говорят, это призрачные огни, заманивающие в неосторожных путешественников в ловушку неизбежной, жестокой смерти.

Он идёт дальше неторопливым, прогулочным шагом - руки заложены за спину, а кисточки на полах сюртука слегка покачиваются в такт движению. Копье за плечом - невидимое, но всегда готовое услужливо лечь в руку и напомнить живому и неживому о не ведающем жалости гневе Камня. Склон Уван почтительно молчит, склоняя голову перед Властелином, решившим проверить свои законные владения.
Он не был в этих краях очень давно, более сосредоточенный на битвах, что развернулись на юге; на стремительно разрастающейся, требующей неусыпного внимания и наставления Гавани, готовившейся стать новым домом для его народа. Тогда здешние камни были голы и обожжены дикой, разрушительной силой. Тогда под его рукой, по его желанию их неторопливо укрывали лишайники и мхи, а тонкие саженцы боязливо пускали корни, силясь уцепиться за плодородную почву. Тогда за его спиной стояли те, кто ныне уже исчез, затерялся в безжалостном вихре времени, стеревшем любые следы и упоминания. Кроме тех, что остались в его памяти.

Теперь он поднимается один, а перед внутренним взором простирается старая, освещенная солнцем дорога. Мелодично позванивает колокольчик, а кто-то с кем-то вяло, словно бы нехотя переругивается. Он улыбается, прикрывая глаза и впитывая всем своим естеством теплоту видения, прежде чем прохладная, невесомая рука участливо трогает за предплечье. Он качает головой, но не оборачивается, невозмутимо продолжая прерванный было путь.

Память согревает человека изнутри, и в то же время рвет его на части.

Огоньки вспыхивают ярче, мельтешат, подрагивают перед глазами, словно на несуществующем на склоне Уван ветру. Тишина концентрируется, тянется, обволакивает, липкой паутиной забиваясь в уши. Скрюченные ветви опускаются ещё ниже, смыкаются прямо над головой, почти задевая макушку, прямо как перед входом в логово страшного зверя.
Рука в черной кожаной перчатке осторожно касается испещрённого синими прожилками камня древней усыпальницы. Тихо. Старые печати надёжно удерживают запертую глубоко-глубоко внутри разрушительную силу. Хорошо. Значит все разговоры о таинственных тенях и духах, о ползущем со склона тумане, в котором исчезают люди, лишь происки впечатлительного людского воображения. Порождение суеверий - не больше. Наверное, кого-то это бы расстроило или даже разозлило: столько времени, потраченного откровенно зря. Только на то, чтобы в очередной раз убедиться, как люди самостоятельно выдумывают себе проблемы и сами же их до дрожи боятся. Кого-то, но не его.

Прежде чем начать спектакль, нужно убедиться, что всё готово. Не только актеры, но и декорации, свет, музыка, сцена. Всё, абсолютно всё должно быть идеально. Иначе никак.

Камень холодный, но он всё же присаживается - ненадолго, буквально на пару минут, столь своеобразным образом отдавая дань уважения этому месту. Прося прощения, завещая наставления.

Прощаясь.

От склона Уван следует повернуть на запад, дойти до деревни Цин Цэ, а дальше направиться обратно в сторону Гавани. Путь неблизкий даже с его возможностями, а предначертанный день всё ближе и ближе - в этот раз опоздания и промедления совершенно недопустимы. Он поднимается, оправляет нисколько не замявшийся сюртук и делает шаг.
- Давай поскорее всё проверим и уйдем. От этого места у Паймон мурашки по коже!
Слышать звонкий, тонкий голосок в этом месте - странно. Неожиданно. Но, пожалуй, нисколько не удивительно: дети во все времена обожали пощекотать себе нервы и испытать друг дружку на храбрость. Пожалуй, стоит подождать немного и сопроводить неугомонную ватагу местной ребятни обратно к родителям.
Ему всё равно по пути.

Отредактировано Zhongli (2021-03-28 00:02:08)

+2

3

Забавно, но после всего было как-то даже немного грустно покидать Мондштат. И закрученные улочки, и горожане со своими причудами даже за такой короткий срок успели стать, как родными. Знакомыми, привычными в этом совершенном чужом мире. Что-то подсказывало, что в будущем ему ещё не раз предстоит туда вернуться, но сейчас настало время двигаться дальше. Венти ведь сказал, что им стоит поторопиться, раз уж только раз в год представляется возможность пересечься с Властелином Камня. Застрять на целый год в ожидании новой попытки – непозволительная роскошь, особенно учитывая, что он и так не представляет сколько времени потерял и где, черт возьми, стоит начинать искать его сестрёнку.

Ноги устали, но он упрямо шагает дальше, под привычное щебетание Паймон. Поразительно, но она даже во сне болтать умудряется, да и днём трещит не умолкая, и как только не устаёт? А хотя… когда-то он всё же умудрился довести её всё время переспрашивая «что-что?». Негодовала так сильно, что даже надулась и объявила бойкот. Впрочем, надолго её, конечно же, не хватило.

Итэр улыбается своим мыслям, сворачивая в сторону холмов.

- И чего это ты довольный такой,- вопрошает, подлетая поближе, а он только пожимает плечами и идёт дальше. Почему склон Уван считается мистическим местом осознание приходит достаточно быстро – только пару шагов сделали в его сторону, а атмосфера так резко меняется, мрачнеет, словно солнце почти не пробивается через деревья. Только призрачные огоньки и мерцают во мраке, кружат то ли любопытно, то ли просто колышась на ветру. И как только тот старик умудрился потерять здесь бабкин медальон? Всё бормотал, что хотел срезать, а потом как жуть жуткую узрел, так и пустился как молодец обратно к переправе. Клялся, что не пойдёт той дорогой больше, лучше крюк сделает и до деревни медленней, да спокойней дойдёт, но побрякушку-то вернуть всё равно надо. Итэр даже не удивлён. Кто-то ищет работу, а его работа как-то сама собой находит. Тем лучше. Одними закатниками да яблоками сыт не будешь. Хочется ведь, чтоб и вкусно, и со специями всякими, а такое в забытых ящиках не очень-то часто попадается.

- Думаешь здесь правда что-то страшное водится? – не очень-то тихо шепчет Паймон, пока он старательно трет яблоко о край шарфа.

- Думаешь призраки тоже любят поживиться летающими консервами? – спрашивает он и вгрызается в красный бочок яблока.

- Что?!

- Что?

Насупливается, пищит что-то негодующе, но ещё одно яблоко сменяет её гнев на милость. Яблоко сочное, вкусное, во всяком случае должно быть, но кажется даже на его вкусе как-то негативно это место сказывается. Всё вокруг словно тускнеет всё больше, чем дальше они углубляются. Итэр резко останавливается, прислушиваясь. Показалось или он в самом деле только, что слышал детский смех? Снова чуть подальше и топот ног по узкой тропинке. Совсем рядом, но вокруг никого.

— Давай поскорее всё проверим и уйдем. От этого места у Паймон мурашки по коже!

Что ж он прекрасно понимает Паймон, ему тоже здесь как-то не по себе. Неудивительно, что старик дал дёру. Значит, где-то тут он услышал «тот ужас», и где-то тут мог и своё сокровище обронить. Итэр щурится, пытаясь разглядеть в полумраке хоть что-то поблескивающие. Не очень-то помогает. Света созвездия, которое он играючи воссоздаёт едва ли хватает чтоб разглядеть что там впереди. Благо на тропках огоньки горят ярче, вот видна и вода под ногами, так что вовремя удаётся отскочить и не забраться в лужу по щиколотку. Смех снова раздаётся поблизости, где-то неподалёку ломается ветка, ещё одна поближе и сероватый силуэт проскальзывает от одного дерева к другому, резко, быстро, словно силясь наскочить прямо на него, и Итэр инстинктивно отскакивает в сторону врезаясь спиной во что-то твёрдое. А смех становится громче, задорней и силуэт вновь исчезает в зарослях, затаившись.

- П...п… приведение!
– взвизгивает Паймон, тревожно кружа, явно желая удрать подальше, и отчаянно борясь с собой чтобы не бросить Итэра прямо здесь вместе с его дурацкими идеями в стиле «пошли на холм с духами амулетик поищем». Он даже хочет отшутиться привычно, разрядить обстановку как волосы на затылке едва дыбом не встают, стоит осознать, что тычет пальцем она не в заросли, а прямо ему за спину. Оборачивается медленно и нервно сглатывает, обнаруживая позади себя кого-то явно покрупнее и выше.

- А вы тут цепочку не видели?
– спрашивает первое, что в голову приходит (и хорошо еще не сболтнул нечто вроде «кошелёк или жизнь», а то поди неместный юмор могли и не оценить, да притопить в ближайшем озерце; похитители сокровищ вон никогда не оценивали), отступая от него на шаг и неловко зарываясь пальцами в волосы на затылке. «Стена» была явно осязаемая, а призраки подобным не помышляют, правда ведь? Во всяком случае в тех мирах, где ему довелось побывать, призраков описывали как бестелесных духов, а этот вот конкретный господин был вполне себе телесным.

Отредактировано Aether (2021-05-16 23:55:55)

+1

4

Тревожный шорох шагов – не одних.
Треск сломанной под чьей-то невидимой ногой ветки – ещё один, ближе.
Смех – звонко-детский, разлетающийся по склону гулко-холодным эхом.
Он шагает вперёд, не медля: чувствует, серьёзной опасности преследующее детей существо не представляет, но спровоцировать беду в состоянии. Достаточно одного неуклюжего скачка, подвернувшейся на щербатой ступеньке ноги – блуждающие огоньки вспыхнут ярче, затрясутся в беззвучном смехе.

Недопустимо.

Неясный силуэт мелькает неподалеку и тут же, то ли пугаясь, то ли играясь, исчезает в густо разросшихся кустарниках. Он не уделяет бесплотному существу внимания, вместо этого удерживая налетевшего на него юношу от падения или удара о вздымающиеся к невидимому за листвой небу скалы. Худой, не выделяющийся ростом, с длинной золотой косой, змеёй скользнувшей по рукаву – замер, словно испуганный воришка-хорёк, утащивший у зазевавшейся старушки горсть монет.

Забавно.

Маленькое, парящее в воздухе и переливающееся приглушенным перламутром существо с кукольно-девичьим личиком при виде него испуганно взвизгивает и, глядя прямо в глаза, беспардонно тыкает пальцем - "Привидение!"

Забавно. И любопытно.

Пришедший в себя после первого приступа испуга юноша отстраняется - медленно. Оборачивается – медленно. Сглатывает – нервно. Делает шаг назад – опасливо и осторожно, стараясь держать в поле зрения и изобразить какое-то подобие приветливой улыбки для внезапно возникшего из темноты незнакомца.

- А вы тут цепочку не видели?
Он остается спокоен. Невозмутим. Не пытается шагнуть следом, позволяя юноше сохранить безопасную и комфортную дистанцию, перевести дух и рассмотреть себя как следует. Внимательнейшим образом изучая в ответ.
- Цепочку? – переспрашивает, чуть склоняя голову набок и даже честно вспоминая путь, что проделал на вершину. – Нет.
Так значит эти двое здесь не просто так: не забрели случайно, сбившись с дороги или пожелав срезать путь; не решили испытать нервы на прочность или доказать кому-то своё «бесстрашие», посетив полное мрачных слухов и жутких историй место. Они ищут цепочку… Но не имеют при себе и фонаря. А их одежда? Совсем не похожа на то, что носят жители Ли Юэ. Впрочем, кто знает, какой из вольных ветров и из какого края принес этих двоих на склон Уван.

Ветров.

На груди, запястьях, коленях. В круглом шарике серёжки и подвесках плаща – лёгкий, нежный отсвет, различимый лишь благодаря окружающему их плотным коконом сумраку.

Анемо.

Но он… он не чувствует его. Не так, как чувствовал бы обычного носителя Глаза Бога. И привычной глазу подвески тоже нигде не видно.

Странно.

- Как она выглядит? - не подавая виду, всё также буднично и миролюбиво. - И когда Вы поняли, что она пропала? Склон здесь не очень крутой - если Вы шли по дороге, вероятнее всего, она будет лежать там же, где и упала. Если хотите, - он делает небольшую паузу, позволяя уголкам губ чуть приподняться вверх. - Я могу сопроводить Вас. Посмотрим вместе.
Опасения, что привели его изначально к склону Уван, не подтвердились, и немного времени в запасе осталось. Чем не повод пройтись ещё немного и изучить незнакомого юношу чуточку лучше - он очевиднейшим образом странный, но только время и наблюдение покажут, в хорошем или же плохом смысле.

К счастью, ему терпения не занимать.

Отредактировано Zhongli (2021-05-16 23:53:38)

+1

5

Паймон быстро юркает ему за спину, как можно незаметнее дёргая длинный шарф, явно не меняя своего решения, что валить отсюда нужно и как можно быстрее.

- Вдруг это его тот дедушка испугался,- шепчет ему сквозь стиснутые зубы, как можно тише. Но у Паймон никогда не получается по-настоящему тихо, и Итэр нисколько не сомневается, что это и до незнакомца тоже доносится. Ситуация разом становится ещё более неловкой, и он неудобно покашливает.

Будь у них фонарь, возможно рассмотреть мужчину было бы куда проще, и его высокая фигура уже и не казалась бы такой угрожающей, но они как-то не подумали. Кто же знал, что окажись они на склоне, местный мистический сумрак заполонит всё вокруг, погружая мир во тьму, разбавляемую лишь призрачными голубыми огоньками. Итэр смотрит настороженно, силясь рассмотреть и сетуя на себя, что не прихватил какой-никакой фонарь, мог бы рассмотреть куда лучше.

Во полумраке его высоченный силуэт кажется почти угрожающим, но незнакомец не делает ровным счётом ничего, что могло бы представлять угрозу или вызывать опасения. Похитители сокровищ обычно нападают первыми, как только замечают их на своей территории, а местный призрак кажется охотнее дурачился, чем желал вступать в более тесный контакт.

Мужчина же стоит неподвижно, рассматривает – Итэр почти физически ощущает его внимательный взгляд, тоже зыркает в ответ. Камень в галстуке сияет золотистым, как и те, что на его перчатках. То ли глаз бога причудливый какой, то ли изящное украшение - поди угадай. То ли кажется ему, то ли одет как-то слишком уж официально для того, кто решил бродить по безлюдному холму. И что тут только за чертовщина происходит?

Мужчина отзывается, переспрашивая, словно ему и в самом деле есть дело до незнакомцев, разыскивающих какую-то побрякушку во тьме. Может и правда есть? Может быть он из местной гильдии искателей приключений или дед ещё кого-то успел нанять по дороге?

- Так значит не приведение? А чего тогда людей пугать, выпрыгивая из кустов?! Набрасываться нехорошо, вас что в детстве не учили? – возмущенно пыхтит Паймон, когда первый страх сходит и включается её привычная разговорчивость. Итэр только качает головой.
Как там дед говорил эта штуковина выглядит?

- Небольшой амулет, открывающийся, внутри отделение для портрета, а снаружи орнамент в виде лилии…- запинается, пытаясь припомнить. Ему ещё не доводилось видеть цветы Ли Юэ, а в Мондштате такие кажутся и не растут. Какой особый вид лилий?

- Глазурьки,- подсказывает Паймон,- они считаются гордостью Ли Юэ, раньше они всюду-всюду росли, а теперь только в некоторых регионах встречаются,- она поднимает назидательно палец, словно истинный знаток местной ботаники. Паймон и правда поразительно много знает о Тейвате, только благодаря ей он и может более-менее безболезненно вливаться в общение с местными, не спрашивая каждые пять минут «а это что такое?». Паймон и сама всё расскажет, даже если её не спрашивать. Особенно если не спрашивать.

- Тут дедуля потерял и попросил нас отыскать. Такое задание – сущая мелочь для почётного рыцаря Мондштата, да, Итэр?

- Недорогая вещица, но это подарок на годовщину, она нужна ему сегодня- негромко добавляет он, глядя на мужчину снизу вверх.

Возможно безопасней было бы не ходить никуда с незнакомыми людьми, которых встречаешь на безлюдному отшибе, посреди мистического склона, но Итэру ведь не три года, чтобы бояться взрослых дяденек, да и в случае необходимости он всегда мог постоять за себя. А вот склон они с Паймон не знают, и в этом сумраке могут часами бродить прежде чем обнаружат то самое место, которое упоминал старик и тогда они точно не успеют вернуть вещицу сегодня.

- Он сказал, что был у старых хижин, когда увидел что-то у разрушенной стены, - припомнил Итэр оглядываясь по сторонам. Вокруг ничего подобного углядеть не выходит, но может быть незнакомец знает эту местность получше и проведёт? – Может вы видели по пути что-то подобное или знаете где это может быть? Какие-то брошенные дома по дороге к деревне?

Отредактировано Aether (2021-05-17 01:16:23)

+1

6

Вероятнее всего, испуганное бормотание крохотного существа предназначалось исключительно для ушей её спутника, однако, при всем уважении к личным границам и такту, не услышать, что "вдруг это его тот дедушка испугался", было невозможно. Какая, конечно же, нелепость... Разумеется, не стоило винить незнакомцев в излишней недоверчивости и предубеждении, пусть даже и совершенно ошибочных. Склон Уван – не самое приятное и спокойное место для встречи, тем более неожиданной и нежданной. Испуг – естественная реакция на возможную угрозу, а попытка найти ему обоснование – закономерный процесс, главное предназначение которого – преодоление того самого страха. Это… Это ведь свойственно людям. Верно? Юноша смущённо кашляет, скрывая неловкость, и, в полумраке нельзя сказать точно даже с его острым зрением, но, кажется, немного краснеет. Молчит; никуда не торопясь, изучает из-под полуопущенных ресниц; чуть хмурит брови, размышляя о чём-то. Его спутница - что же это за существо такое? - в полной противоположности: едва оправившись от испуга, сразу бросается в атаку, чуть ли не монстром, чудищем и кругом во всем виноватым подозрительным проходимцем выставляя. Тараторит громко-громко, сжимая крохотные кулачки, но из-за спины юноши полностью не высовывается. Поразительно, как она напоминает тех крохотных собачек, так популярных одно время в Инадзуме: они тоже пищали на всех мимо проходящих и не удовлетворяющих их тонким вкусам, а сами при том всем телом сотрясались, то ли от неистового лая, то ли от безграничного страха. Забавно, пусть и несколько раздражающе.
- Прошу прощения, - слегка склоняет голову, сохраняя расслабленность позы. Если подумать, то какая-то часть вины, действительно, лежит на нём. - Я услышал шум и решил, что сюда забрались деревенские дети. Склон Уван не лучшее место для игр и путешествий в столь юном возрасте. Моим намерением было помочь, а не напугать вас.
Он искренен, но парящая в воздухе "фея", кажется, не слишком-то верит, поглядывая хмуро из-под насупленных бровей и демонстративно скрещивая ручки на груди. Юноша же скепсиса не разделяет и, устало качнув головой, всё-таки решает перейти к делу, детально расписывая пропажу, запинаясь только в самом конце... На лилия-глазурьках? Одной из известнейших диковинок и редкостей Ли Юэ? Неужели никогда не слышал? Разве такое возможно? Даже это крохотное создание знает больше, подсказывает, с назидательным видом поднимая пальчик. Было бы смешно, если б не оказалось так странно.
Дедуля потерял... Должно быть кто-то из местных жителей, неудачно решивших срезать путь до деревни и заплативший своим амулетом за нелепые страхи и глупые пересуды. А спохватившись о пропаже, сразу же обратился к первым попавшемуся путешественнику за помощью. Другое дело, что этот путешественник оказался совсем не обычным странником, даже не членом пресловутой Гильдии Приключений, постепенно набирающей влияние по всему Тейвату, но почётным рыцарем Мондштадта. Такой титул не присваивается случайным людям, за красивые глаза или умелое владение мечом. Значит, этот юноша сделал что-то действительно особенное... Но что же он тогда забыл здесь? Рыцарь Ордена служит своему Ордену, а уж почётный рыцарь Мондштадта как никто другой должен беспокоиться о благополучии своего города, вместо того чтобы лазить по горам и холмам в поисках памятных безделушек местных, совершенно чужих ему стариков. Всё становится ещё более запутанным и странным.
- В таком случае нам стоит поспешить, - только и говорит он, ни единым звуком, ни одним мускулом не выдавая сутолоки собственных мыслей. На дорожку он тоже ступает первым, демонстрируя странной парочке спину, одним движением сообщая: он не враг, он им доверяет и не собирается нападать. Ровно как и не ждет нападения. Если же юноша окажется достаточно глуп, чтобы нарушить их безмолвное соглашение... что же, склон Уван сохранит ещё одну тайну к множеству прочих.
- Старые хижины? Да, думаю, я знаю, где это может быть. Пойдемте.
Вниз - вниз - вниз.
Шаг за шагом, осторожно отмеряя каждый - не заметишь края ступени и костей не соберешь, скатившись вниз. Путь, пусть и запечатлен накрепко в памяти, все равно коварен, так что осторожность не помешает.
Ближе к юго-западному склону снова объявляется загулявший было где-то ветер. Мелькает то тут, то там короткими, боязливыми дуновениями, словно опасаясь тёмных, цепких ветвей деревьев, так и норовящих ухватить его за призрачный хвост. Дорожка петляет, заворачивается, пока не исчезает полностью, погребенная под принесенным потоком слоем земли. Множества поселений на склоне Уван и в лучшие времена не водилось: местность не радовала ни благодатной почвой, ни благоприятным климатом. Не больше пяти жмущихся друг к дружке домишек на седловине, да тройка уединенных, скрытых неведомо от кого где-то в лесных чащобах. Все они давно уже сравнялись с землей под гнетом времени, непогоды и запустения, оставив от себя лишь остовы напоминаний.
- Сюда, - указывает в сторону невысокой гряды полированного камня, ранее служившей забором. - Осторожнее. - Рельеф на склоне неровный, весь в рытвинах и ямах, что немудрено на "ровном" месте споткнуться. - Это место подходит под описание. Приступим к поискам?
Склоняется к земле первым, цепко высматривая хоть какой-то, пусть самый слабый блеск. Фонарь бы сейчас, конечно, не помешал, но кто же знал...

+1

7

Несмотря на достаточно странное для встречи место, мужчина, как ни странно, не производил впечатление какого-нибудь злодея, который затаскивает в чащу случайных путешественников, чтобы их больше никто никогда не нашел. Более того… незнакомец вёл себя вежливо и сдержанно, словно они не посреди мистического сумрака, а на светском вечере чаи распивают. Он даже не обязан ничего объяснять, и всё равно поясняет какая нелёгкая его сюда принесла.

Дети значит? Итэр скептически косится на Паймон. Пожалуй, ничего удивительного в том, что кто-то мог подумать, что здесь и правда дети шастают. Как бы он ни привык, а отрицать, что его причудливая спутница обладает по-детски высоким голосом, было бы нелепо. Сама же Паймон, кажется, нисколько не впечатлена и градус осторожности сбивать не намерена, косясь из-за его спины так, словно удумай незнакомец чего лихого она сама на него набросится и поминай как звали.

Едва заметная улыбка приподняла уголки его губ. Всё же, было что-то такое трогательное в этой защите несмотря ни на что. Кажется, последним кто готов был за него рвать и метать была…

«Люмин…»- имя отзывается тяжестью на сердце и горькой тоской. В порядке ли она? В Тейвате ли всё ещё или решила, что он сгинул и продолжила их путь сама? Что же на самом деле произошло в тот день? Так много вопросов, а он пока ни на шаг не приблизился хоть к какому-то из них. Но сейчас не время и не место, чтобы терять бдительность.

Незнакомец поворачивается к ним спиной легко и беспечно, и Итэр сверлит его затылок внимательным взглядом. Такое безоговорочное доверие к тому, кто его видит впервые в жизни? Либо незнакомец невероятно наивен, либо ведёт их в ловушку и знает, что ему ничего не грозит, либо он куда сильнее, чем кажется и в принципе не рассматривает вариант, что кто-то на этом склоне в самом деле может представлять для него угрозу. Любопытно.

- Будь осторожней, вдруг он что-то задумал,- шепчет Паймон, цепляясь пальцами за его шарф и осторожно следуя за ним.

- Вы хорошо знаете это место, - негромко замечает Итэр, послушно ступая за незнакомцем и очень стараясь не навернуться где-нибудь на тропинке. Шаг за шагом, след в след. Тропинка петляет так сильно, что окажись они здесь вдвоём с Паймон, скорее всего, ему понадобилось потратить немало времени чтобы отыскать нужное место, а мужчина идёт уверенно, словно каждую пятницу проводит здесь вечер в окружении деревьев и загадочных огоньков.

- А вдруг он заведёт нас куда-то? – Паймон тихонько дёргает его шарф, явно нервничая от того что, похоже, не намного больше его представляет куда черт возьми они вообще спускаются.

- Если бы он хотел нам навредить, он мог бы с нами разделаться прямо там, зачем вести так далеко,- хмыкает в ответ и делает ещё несколько осторожных шажков.

Несколько минут спустя они останавливаются, и Итэр оглядывается по сторонам, рассматривая старые ветхие домики. Похоже, их проводник и правда достаточно хорошо знал это место, раз по скудному описанию сразу понял, что за дома и стена им нужна. И правда похоже на то, что описывал старик. Значит, дело осталось за малым. Только вот видно во мраке весьма паршиво. Мерцающие светлячки помогают, но не шибко. И умудрился же дед что-то здесь потерять. Зачем только сунулся?

- Может быть стоит зажечь костёр или факел? – предлагает Паймон, суетливо летая рядом с досками. Итэр подходит ближе, касается пальцами осторожно и шумно выдыхает.

- Прогнившие, если у тебя в кармане не завалялся пирослайм поджечь это будет сложновато,- отзывается он беззлобно. Паймон всегда старается помочь. И хотя по началу её постоянная болтовня напрягала с непривычки, со временем Итэр научился ценить и её и её подсказки, порой очевидные, порой такие до которых он бы и сам не додумался.

- Знаешь… отчего-то вспомнилась мне одна сказка, - нежно улыбнулся, вспоминая как в одном из миров они с Люмин наткнулись на сборник историй,- про девушку с волшебными волосами. Она пела и волосы светились… Ты так не умеешь случайно? – косится на Паймон, дурашливо хватая пальцами за щечку, трепля.

- Нет, конечно! Я же не какой-то бродяжка-бард тебе! Это у него там косички мерцают... Лучше попробуй поискать чувством стихий.

А ведь и правда, раньше они уже использовали его чтобы находить потерянное. Итэр выдыхает и прикрывает глаза, настраиваясь. Коль глазами не увидит, то может сможет ощутить. Знакомо, привычно, как волна, накрывающая мир вокруг, обличающая всё, что скрыто. Дома вокруг, огромные трещины на стене, разбитую посуду у разломанной лавки, камни, ящерицу в кустах, следы недавно пропрыгавших криослаймов. А это что…  отпечаток? Итэр подходит ближе к нему, касается пальцами влажной земли. Слабый, но всё ещё холодный элементальный след.

- Эй, мистер…- окликает он, вдруг понимая, что они так и не представились друг другу и как обращаться к незнакомцу Итэр не имеет ни малейшего понятия,- Кажется нашу безделушку слайм погло…

Договорить не успевает- совсем рядом раздаётся чье-то едва слышное пение:
- Хиличурл заболел, а второй на то смотрел, третий снадобье искал, а четвёртый… как же говорила та тётенька… - запинается ребёнок и затихает. Топот маленький ног слышен так близко, словно вот совсем рядом кто-то пробежал и скрылся среди руин. Паймон взвизгнула и в ужасе закрыла глаза руками.

+1

8

– Вы хорошо знаете это место.
Не поднимая головы, он позволяет себе лёгкую улыбку, пользуясь тем, что внезапным спутникам не увидеть его лица. Ещё воспримут за насмешку или свидетельство злого умысла, хотя в действительности это всего-навсего правда. Факт, как принято теперь говорить. Он знает и это место, и многие другие, так же хорошо, как помнит собственноручно составленный свод законов или расположение каждой буквы и знака препинания в заключённом контракте.
Идеальная память на деле приносит слишком много горечи.

Но бывает и чрезвычайно полезна, особенно если ищешь мелкую безделушку посреди разрухи в вечернем сумраке. Если подумать, вряд ли бы старик сунулся близко к тому, что осталось от жалкого подобия деревушки: россказней о духах, блуждающих меж остовов домов, было едва ли не больше чем всех прочих страшных историй про склон Уван. Значит, обходил по краю, придерживаясь закрывающих от редкого, но пронизывающего до костей ветра горных отрогов, и стараясь сослепу не потерять полустертые витки старой дороги из-под ног. Логически рассуждая, искомый амулет должен был находиться где-то поблизости, но взгляд, как назло, цеплял лишь пыль, каменную крошку да приземистую зелень, с отчаянным упорством вгрызающуюся в скалы.
Упоминание пиро слайма заставляет слегка поморщиться, хотя из всех слаймов именно этих, наверное, ещё можно было назвать самыми терпимыми: не до тошноты холодно-склизкие, не... Нет, всё равно невероятно отторгающие. Да, могли бы, пожалуй, существенно сэкономить им время или по крайней мере облегчить поиски, но хорошо, что поблизости их всё-таки не виделось: настроения пачкаться в омерзительных выделениях не было.
Он выпрямляется, собираясь предложить также не преуспевшему в исследовании старых развалин юноше новый план действий -  сосредоточить внимание на обыске разросшегося кустарника и небольшой канавы чуть ниже по склону - но так ничего и не произносит.

Бродяжка-бард.
Мерцающие косички.

Каждый мускул в теле замирает в напряжении, затвердевает подобно кристаллу горной породы. А в голове непривычно суетливый поток лихорадочных мыслей. Бард? Со светящимися волосами? Стало быть, эти двое всё-таки не просто и не случайно были в Мондштадте. Стало быть, они всё-так встретили его. Хотя, чему удивляться, учитывая какие вести приходили из скрытого за высокой каменной грядой Города Свободы. Но тогда... Бродяжка-бард со светящимися волосами... Знают ли они, кто беседовал с ними на самом деле? И, что важнее, зачем он направил эту странную парочку сюда, в Ли Юэ?
- Что ты задумал? - вопрошает безмолвно у играющегося с прядями ветра, но он, игриво-лукавый, не удостаивает ответом, проказливо улепётывая прочь со всех ног. Как раздражающе знакомо.
Юноша, владеющий чувством стихий, но не обладающий Глазом Бога. Золотые волосы и причудливая одежда, аналогов которой не найдётся по всему Тейвату. Мерцающие звёзды, по одному неуловимому движению пальцев возникающие на ладони... Слишком много... всего. Ему нужно это обдумать. Осознать. Но сначала, понаблюдать ещё немного и найти в конце концов амулет: сам же всё-таки предложил помощь.
- В таком случае...
- Хиличурл заболел, а второй на то  смотрел... - ноющая боль в висках возникает почти мгновенно, инстинктивно. Пальцы сами привычным жестом смыкаются на переносице. О, он прекрасно знает, чьи это стишки. И неудивительно, что неупокоенное создание, одиноко бродящее по пустынной земле, запомнило именно их да ещё и с такой лёгкостью: каждому жителю гавани Ли Юэ прекрасно известно, как сильно госпожа Ху Тао обожает прогулки на мистическом склоне Уван. Вот только почему  она не помогла малышу наконец-то обрести покой?
- Тише-тише, - маленькая фея выглядит так, будто ещё минута и она упадёт замертво, трагично укрывшись звездным плащом сверху. - Он вас не тронет и не обидит. Это просто, - если назвать неуловимую ребячью тень «призраком», вцепившаяся в ткань длинного шарфа кроха точно закатит истерику. - Отголосок прошлого. Он безвреден, - иначе от присутствия осквернённого создания местную землю уже бы избавили адепты.
- В это сложно поверить, но... ему одиноко здесь, - полупрозрачный силуэт мелькает неподалёку и тут же снова прячется. Не уходит. Даже в таком состоянии часть его продолжает тянуться к позабытому, но знакомому человеческому теплу. Можно понять.
- Сначала разберёмся с амулетом, - а дальше путешественники пойдут своей дорогой, в то время как он заглянет в бюро и задаст его хозяйке парочку не слишком приятных для неё вопросов.
Ещё свежие и отдающие морозным покалыванием в кончиках пальцев следы крио слаймов - всё-таки слаймов, опять слаймов, ну почему везде слаймы - уводят по холму сильно в сторону от главной и единственной дороги. Если память ему не изменяет, то в том же направлении протекает и небольшая речушка - очередное напоминание о сошедшем некогда могучем потоке. И почему крио слаймам так нравится бултыхаться в любом доступном водном источнике? Из какой-то неведомой, неизвестно кем и непонятно как заложенной в энергетические сгустки мстительности, не иначе.
- Кажется, наши маленькие воришки нашли себе друзей, - удивительные места умудрялись выбрать хиличурлы себе для стоянок. Вот что, какая нелегкая умудрилась занести их на склон Уван? Может, сегодня какой-то особенный день посещений, о котором комитет по делам граждан уведомить забыли?
- Думаю, нам стоит сначала разобраться с хиличурлами, - одинокий арбалетчик, несущий караул, медленно болтает лапами в воде и чужаков пока не видит и не слышит. - Слаймов обычно битва только привлекает, поэтому шанс, что они разбегутся невелик. Пойдёмте.
Конечно, он мог бы попросить юношу остаться в стороне и быстро разобраться со всеми врагами самостоятельно. Однако, это выглядело бы слишком странно и уж точно привлекло излишнее внимание - совершенно ненужное. Древко копья привычно замирает между пальцев, готовое сразить любую намеченную цель: для столь короткого и лёгкого боя хватит и обычной физической силы. Тем более, что Почётный Рыцарь Мондштадта точно должен уметь постоять за себя.
- Арбалетчик и двое спящих справа. Шамачурл и трое слева, - обозначив намерения и распределив обязанности, первым делает широкий и быстрый шаг вперёд.

Отредактировано Zhongli (2021-07-29 14:03:47)

+1

9

Если Паймон напугана до чертиков, а Итэр и сам невольно напрягся, заступив её собой и потянувшись за рукоятью меча, то незнакомец выглядит скорее устало раздраженным, чем испуганным. И вот это по-настоящему занятно. Судя по старику призраки для этого мира не то чтобы очень уж привычное дело и обычных людей они могут серьёзно напугать, но их спутник словно привык к подобному. Более того даже предполагал какие именно причины привели его к людям.

-О-отголосок? Он точно ничего не сделает? – едва слышно отзывается Паймон, крепко сжимая ручками его шарф, словно в случае чего его можно было бы как-то использовать для того чтобы отбиваться от неведомого создания со стишками,- Так чего так пугать?!
Силуэт мелькает вновь и прячется, словно проказливый ребёнок, чей вид он принимает и Итэр убирает руку от меча. Может и правда всего лишь одинокий отголосок… Забавно. Он и ведь и сам, по сути, такой. Отголосок своего мира, потерявший всё, что было дорого и оказавшийся один на один с неведомым вокруг.

Чем больше времени они идут вместе, тем больше любопытного Итэр замечает за спутником: мерный золотистый блеск камня на его пиджаке, уверенная походка, и полное отсутствие страха перед мистическим склоном, от которому ему самому было несколько не по себе.

- Здесь много таких отголосков? – тихо спрашивает он, шагая рядом с мужчиной, намеренно не уточняя имеет ли он в виду мир в целом, или конкретно этот мерцающий склон. Сам выберет как трактовать, а Итэр получит ещё немного информации об этом месте. Кажется, дорога становится светлее, словно они постепенно удаляются от того, что создаёт столь мистическую ауру вокруг склона.

- Паймон здесь не нравится, давай уже найдёт проклятый амулет и уйдём отсюда скорее. И зачем только старик сюда подался,- причитает его спутница, впрочем шарф из рук всё ещё не выпуская. Изредка позади снова раздаются причудливые стишки. Кажется, любопытный отголосок следует за ними, оставаясь в тени. То подбегает поближе, то снова отбегает, и хоть не всегда видно, но Итэр чувствовал затылком чужой взгляд. Паймон, видимо, тоже, оглядывалась время от времени и ойкала, пока стишки совсем не затихли на подходе к хиличурской стоянке.

Хиличурлы их спутника тоже не смутили. Копье уверенным движением ложится в руку, и замирая изящно между пальцев, легко, непринуждённо, словно и не весит ничего, хотя эта чертова штуковина кажется с него, с Итэра, длинной.

- Постарайся не подставиться,- шепчет он, обращаясь к Паймон, отчего-то уверенный, что их загадочному спутнику напутствия точно не нужны. Направился к противникам так, словно всю жизнь только этим и занимался. Итэр легко выхватил меч и направился следом.
Арбалетчик заголосил, заметив их приближение, разбудил и спящих. Тем лучше. Нападать на мирно дремлющих как-то низко. Не хотелось бы ему, чтобы однажды кто-то и его самого так во время дрёмы подкараулил. И, как и предполагал мужчина, битва привлекла внимание слаймов. Он как раз направлял очередной воздушный поток, когда за спиной раздалось бодрое хлюпанье спешащих на потасовку слизких шаров.

- Эй, мистер! А вы знаете толк в слаймах! – радостно выкрикивает Паймон, и Итэр тоже оглядывается на него, замирая на миг, завороженный отточенными движениями. Выпад, выпад, пинок. Кто вообще так обращается с копьём? Разве им не принято колоть?! Ещё выпад, и полы пиджака развиваются, ещё больше притягивая взгляд. Итэр всегда любил наблюдать за сражениями, любопытно разглядывать, раздумывая что он мог бы подчерпнуть, использовать в будущем. У каждого свой стиль, навыки отточенные годами или наоборот только начинающие развиваться. Особая красота и изящество боевых стоек, стилей. Искусство в чистом виде, и мужчина явно знал толк не только в слаймах.

- Итэр! – Паймон дёргает резко, как раз вовремя, чтобы не дать разбушевавшемуся хиличурлу с горящим факелом попасть по нему. Итэр инстинктивно выставляет руку и смерч подхватывает того вместе со слаймами, хлюпающими рядом, и кружа проносит их прямо в сторону беснующегося шаманчурла и сражающегося мужчины.

-  Осторожней! – пытается предупредить, глядя как один из слаймов, задетый огромной палкой шаманчурла вырывается из общей кучи, вылетая из потока. Блестящая побрякушка выскальзывает из слизкого, пролетающего над головой, тела, отскакивает от макушки их спутника и падает в речушку, окатывая брызгами.

+1

10

Найти потерянный амулет - хорошо.
Получить потерянным амулетом прямо по голове - совершенно, абсолютно, точно - нет.
Слаймовая слизь пачкает волосы, мелкими брызгами усыпает шею - совершенно, абсолютно, бесконечно отвратительно. Тело отзывается непроизвольной дрожью, пытаясь избавиться от тошнотворного, скользко-склизкого ощущения на коже.

Копье взмывает вверх и опускается вниз с гипнотической методичностью маятника, неумолимо отсчитывающего последние мгновения жизни. Поверженные тела, напоминающие раздавленных медуз, устилают землю, чавкают под ногами, брызгами оседают на руках, одеянии и даже лице. Другие - мелкие, ловкие, покрытые тягучей, липкой слизью - копошатся клубком спутанных дождевых червей в тисках каменных клеток. Их много, слишком много, и нет возможности остановиться, замедлиться, перевести дух.
Контракт превыше всего.

Хочется отмыться. Как можно скорее залезть в горячую, почти обжигающую воду и тереть кожу до тех пор, пока она не покраснеет, пока с неё не исчезнет последний, даже самый эфемерный след. Увы, он не может позволить себе подобной роскоши: вербальный контракт всё равно является контрактом и требует столь же строго исполнения.
Таков закон.
В раздражении удар копьем выходит резче - шамачурл, издав тихий писк, вместе с превышающим его рост посохом улетает в воду речушки и больше не показывается. Плачевно и быстро заканчивают его сотоварищи, недостаточно разумные для того, чтобы отступить при виде превосходящих их в силе противников. Создания Бездны, напав, уже не отступают, с бездумным упорством продолжают натиск, даже находясь в самом невыгодном положении. Если задуматься, разве подобное поведение не может не пугать? Армия, не боящаяся ни боли, ни смерти; не видящая, не осознающая перед собой никаких преград - он запрещает себе думать об этом, нанося следующий удар.

Милосердие бывает неочевидно. Иногда смерть - высшее его проявление, обрывающее нескончаемые муки, приносимые жизнью.

- Хороший бой. Вы прекрасно владеете как мечом, так и стихией, - он не лукавит: не видит смысла. Почётный Рыцарь Мондштадта показал себя вполне достойно: на рожон не лез, безбашенно не геройствовал, бросаясь в самую гущу боя; но и не трусил, не держался в стороне, прячась в тени чужой спины. А на не слишком удачный вихрь, пусть и осыпавший слаймовым дождем, можно закрыть глаза. На этот раз.
Сколько он оттачивал эти умения? Как долго носил в себе силу анемо? Как быстро понял принципы её действия?
- Возвращаясь к вашему вопросу о духах, - копье безобидно, наконечником вниз замирает в левой руке, пока правой он осторожно вытаскивает из кармана носовой платок и вытирает шею. Не ванна, конечно, но всё-таки лучше, чем ходить со следами подсыхающей и стягивающей кожу слизи. - Нет, их здесь не так уж и много, хотя местные жители и искатели приключений будут уверять вас в обратном. Склон Уван не самое приветливое место: почва здесь менее плодородна, а микроклимат холоднее и изменчивее, чем на восточных склонах рядом с деревней Цинцэ. Эта земля почти не видела человеческой руки и одичала так, как непривычно бывает глазу. Однако, - он позволяет себе едва заметную, лёгкую улыбку. - Можете быть спокойны: большая часть историй об этом крае лишь плод фантазии их рассказчиков.
Измазанный платок он сворачивает предельно осторожно, стараясь, даже несмотря на перчатки, и кончиком пальца не задеть оставшихся на ткани пятен. Волосы в месте, о которое ударился злополучный медальон, трогать не хочется совершенно: платком там все равно делу не помочь, а здесь и сейчас окунуться с головой в речке соблазнительно, конечно, но не слишком разумно. Придётся потерпеть.
По крайней мере на этот раз он не заляпан этим полностью.
- Если вам хочется узнать больше, рекомендую посетить книжный магазин "ВаньВэнь" в гавани Ли Юэ. У них наверняка найдется выпуск "Путешествий по Тейвату", посвящённый склону Уван. И пусть в нём достаточно много... авторского вымысла и не слишком уместное разнообразие страшных историй и выдуманных наспех легенд, описания природных особенностей региона весьма точны. Однако, прошу меня простить, мы несколько отклонились от курса нашего путешествия.
Траектория полёта у медальона не такая уж и большая, учитывая направление и высоту летевшего слайма, а также неожиданное препятствие в виде его собственной головы. Не середина реки, а значит за течение, способное унести лёгкую безделушку дальше или смешать её с донным илом, можно не волноваться. Ближе к берегу - размытая порода, сглаженные потоком выступы камня и мелкая, тонкая травка - при отсутствии рыбы найти нечто "постороннее" взгляду гораздо проще. Он всматривается в воду не больше пяти минут, прежде чем наконечником копья осторожно подцепить серебряную цепочку и, наконец, достать желанную пропажу.
- Так-то лучше, - легко прокрутив копье по ладони, он позволяет ему исчезнуть и поворачивается к Путешественнику, протягивая вперёд ладонь с медальоном. - Думаю, это именно то, что мы ищем, - ещё одна неуловимая улыбка. - Ваш наниматель, наверняка, даже не предполагал, через что вам придётся пройти, чтобы вернуть этот амулет обратно.

+1

11

Можно ли придумать более неловкий способ произвести первое впечатление, чем огреть спутника измазанным амулетом прямо по макушке? Едва ли! А ведь раньше таких осечек не было и судя по очень знающему взгляду Паймон, она успела заметить, что кое-кто невовремя зазевался.

- Свидетели долго не живут, - бормочет под нос, впрочем, прекрасно понимая, что его спутница угрозу всерьез никогда не примет. Ещё бы. Сколько раз он в начале знакомства грозился использовать её вместо ужина, и вот она всё ещё здесь, покачивается рядом, пока остатки хиличурлов разлетаются в стороны от мощных ударов копья.

По крайней мере он даже не возмущается, даже наоборот. Только вот похвала вызывает ещё более неловкий смешок, пока взгляд невольно возвращается к внушительному слаймовому следу в волосах.

- Я могу попробовать рассеять это осторожно, если позволите, - ненавязчиво предлагает. Мало ли, не каждый позволит малознакомому человеку испытывать на себе стихии.

Анемо оказалось поразительно полезным в хозяйстве, он это ещё во время уборки на винокурне приметил, да и в странствиях его не раз выручало, может быть и слизкую проблему могло бы помочь решить, но самовольничать с чужими волосами без позволения он не собирался.
- Не волнуйтесь, у него очень умелые руки,- заверяет Паймон, знающе кивая, пока Итэр аккуратно чистит меч и убирает его.

Чем больше незнакомец говорит, тем больше они убеждаются в двух вещах: он действительно хороший рассказчик и явно многое знает о Ли Юэ и местности в целом, словно этот самый путеводитель лично писал. Даже не забыл, что они спрашивали до сражения – поразительная внимательность для беседы с чужаками. Может он один из тех авторов, что бродят по диким землям в поисках вдохновения и оттого столько всего знает? Итэр бы послушал еще, но мужчина напоминает зачем они вообще сюда пришли и Итэр мысленно отвешивает себе подзатыльник. Точно, не время поощрять свою любовь знаниям, когда старик ждёт свою безделушку. Хороша ложка к обеду и подарок тоже в срок должен быть доставлен. Собирается уже вновь задействовать чувство стихий, как чужое копье с легкостью вылавливает медальон из воды.

- Такая крохотная вещица, а столько неприятностей!
– Паймон всплескивает руками пока он бережно принимает добычу и, выудив тряпицу из кармана, осторожно протирает его.

- Каким бы незначительным не казался, для него он многое значит,- едва заметная улыбка трогает его губы.

Бывали дни, когда у них совсем ничего не было: ни денег, за которые можно что-то купить, ни особых вещей, чтобы подарить друг другу на их общий день рождения и в ход могло пойти что-угодно – дивные плоды и свежие полевые цветы, засушенный бутон из родного мира или бумажная фигурка не очень умело сделанная, но не менее дорогая сердцу. А однажды она подарила ему длинный шарф. И плевать жарко или холодно вокруг, он никогда с ним не расстанется.

- Нам стоит поторопиться, чтобы успеть до полуночи,- Итэр косится вверх, пытаясь прикинуть который сейчас час, но на склоне время определить проблематично -мистический сумрак вечно путает, вынуждая бродить в неопределенности. – Пойдёмте с нами? – предложил он, оглянувшись на мужчину,- поделим награду, всё же вы приложили не меньше усилий, так будет честно.

Старик на богача не походил, но даже если в награду им дадут пару лепёх и кружку чая, как-нибудь да поделят или может на сокровище какое-то наткнуться по пути- последнее время им с Паймон очень везло с затерянными сундуками. То со дна выловят, то на дереве приметят, да покрытые таким слоем пыли, словно владельцев и подавно в живых нет.

0


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » the path we start together [genshin impact]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно