активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » Когда свет погас [DA]


Когда свет погас [DA]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Когда свет погас


Карвер Хоук, Алистер Тейрин // Скайхолд //  После Адаманта

https://i.gifer.com/3Dla.gif

Все мы знали на что идём, отправляясь в бой. Бдительность в мире, победа в войне, жертвенность в смерти. Сколько не повторяй - покоя не принесёт и чувство вины не искупит. И тогда всё что остаётся - жить дальше.

Отредактировано Alistair Theirin (2020-10-21 21:23:34)

+1

2

- Как ты? – когда он повернул голову, шея отозвалась тягучей болью и попыталась прострелить затылок. Девчонка в стражеских доспехах, совсем молодая, устроилась в дверном проеме; ее губы были измазаны сажей, а брови то и дело подрагивали, будто в припадке. Она смотрела – пристально, неподвижно, - и, казалось, пыталась пробиться взглядом через толстую лобную кость. Карверу подумалось, что он был бы не против, если бы она использовала для этого какую приблуду поострее. Следом за этим где-то за грудиной поднялось чувство протеста: оно всегда рождалось, стоило ему опуститься до шуток ниже уровня роста травы. Беттани называла это инстинктом самосохранения, но Карвер предпочел бы дать другое название: это ощущение было похоже на поплавок. Хочешь, нет – тебя вытолкнут. Раздувай легкие, втягивай воздух, греби к берегу, морю ты нахер не сдался!

- Нормально, - Карвер почти проглотил это слово, а вместе с ним и подступивший к горлу ком. Почти. Он прижал к губам горлышко и заставил горло пропустить эту дрянь в пищевод. Когда он в следующий раз решит долить в бутылку антиванского вина, приложите его хорошенько по темечку – эта дрянь бродит, да, так, что и великана бы запучило!

Газ покинул его рот вместе с икотой, и девчонка усмехнулась. Смешно. Весело. Карвер попытался растянуть губы в ответ, но вместо улыбки вышла похоронная гримаса. Хоть сейчас в музей масок мадам Как-Там-Её. Раздел высокого искусства, в котором, по слухам, хранился слепок ягодиц самого Героя Ферелдена.
(Видел он тот слепок, Командор такую задницу не отожрал бы даже если б захотел)
(Даже если бы у него были на это деньги)
(Кто из ребят предложил сброситься ему по монете в честь дня рождения?)

- Нормально, - он повторил с нажимом, и даже поднял на нее взгляд. Вода застыла под нижним веком. Только не опускай глаза, а то она точно никогда не свалит.

Дошло.

Она кивнула и отступила на шаг. Теперь его ушей достиг далекий гул, будто одним точным выстрелом; сплетаясь воедино, глухие удары посуды о крепкие столы, лязг меча, выбивающего искру из тяжелого щита, вой собак и громкие переговоры этажом ниже (как непочтительно), - звуки птицей забились между его висков. Карвер стиснул зубы и снова прижал горлышко к губам. Рука пошла угрожающе легко: мерзкое пойло подходило к концу.
(А он так никого и не поджег)
Что насчет чужого? Попробуй вспомнить, кто рассказывал тебе о тайниках.

Попробуй вспомнить.

Карвер многое отдал бы за острие кинжала, упертое между бровей, но еще больше он отдал бы, чтобы отключить плывущие перед глазами картинки. Все прочее потонуло в черном тумане и растеклось, как иллюзия, но воспоминания выскакивали как черт из табакерки, и еще как четко: чтобы он видел каждую веснушку и замечал свежие ссадины на костяшках. Чтобы изгиб губ кривился, готовясь изрыгнуть новый поток уебанских шуток, сворачивающих кишки. Чтобы вихры волос, трепеща на осеннем ветру, путались так недосягаемо высоко. Маленький никчемный Карвер. Лучше бы это был ты, да?

Лучше бы Защитница Киркволла осталась жить.

Лучше бы лишняя судьба оборвалась взамен другой, нужной.

Ты бы стал героем, а она осталась и продолжил приносить пользу – в отличие от.

- Пошла нахуй, - он поднялся; оступившись, едва не осел назад, но все равно упрямо вытянулся. Взглянул на ладонь. Перехватить бы бутылку, да…

Вино вперемешку с виски и еще черт пойми чем хлынуло вниз и мгновенно перемахнуло через голенище сапога. Ну и черт с ним, все равно пахнет лучше его портков.

- Пошла нахуй! – его голос дрогнул в самом конце, горло выдало лишь жалкий пустой свист, и он запоздало отступил: бутыль разлетелась вдребезги прямо над дверным проемом. Ликование грубой силы. Карвер с усилием втянул воздух и прижал ладонь ко рту. Что удерживаешь-то, огненную водицу или рыдания?
Нечто сдавило под горлом, и Карвер с огромным трудом выдохнул через побелевшие пальцы.

В Тени осталась не Защитница Киркволла.

Там, за этой херовой завесой, скрывающей непереносимые кошмары и бесконечно разлившуюся смерть осталась его сестра. Его сестра. Его.
Вдох. Выдох. Карвер вдруг понял, что десны ноют от того, с какой силой он сжал челюсти. Пошла ты, Мариан Хоук. Нашлась героиня. У нас же тут смертельная опасность, судьба мира на кону, как же не влезть, да? Ублюдочная же ты...
Ублюдки – там, за стеной продолжавшие жить как ни в чем ни бывало. Мариан Хоук стоила пятнадцати минут огорченных вздохов и полсотни сухих глаз – эпитафия военного времени. Комната осталась на месте, а сознание Карвера пошатнулось и уплыло, унося с собой все, кроме желания разодрать реальность в клочья и больше никогда не просыпаться.

Отредактировано Carver Hawke (2020-10-29 12:08:58)

+1

3

Так всё и бывает, да? Возводят героев, скидывают на их плечи всю возможную ношу, свято веруя в их несокрушимость, а потом лишь смотрят пустыми глазами в пространство, пытаясь осознать, как так вышло. Действительно, как? Неужели, возможно? Защитница Киркволла. Легенда, чья история столько раз пересказывалась из уст в уста. Говорят, говорят, говорят! И забывают. Никому ведь не хочется думать, как они справляются со всем этим дерьмом по итогу? Забывают, что их герой - всего лишь человек. Не всесильный, не непогрешимый. Но борющийся за них всех до конца. А стоит ли того?

Конечно, великая жертва ради тысяч спасённых жизней, но… Сколько же горечи в этом «но».

Стоит ли того, если она могла просто вернуться домой? Наконец, увидеть брата после долгих месяцев разлуки, выпить ещё хоть одну кружку мерзкого эля за очередными байками Варрика, просто жить. Просто жить…

Кулак зло ударяется о стену таверны, и он прикрывает глаза. Тошно и мерзко, противно на душе от всего. Всей этой проклятой ситуации, от Адаманта, от того во что превратилось их братство, их семья, от того, что бросили её там совсем одну. Сколько не убеждай себя, что она сильная, что сама вызвалась, что так нужно было ни хрена это не успокоит совесть и разочарование в самом себе. Так не должно быть! Не должно! Что за дерьмовый мир, в котором приходится принести в жертву друга, чтобы спасти собственную шкуру? Тошно.

На улице прохладно, озноб ползёт по коже, да всё равно никак не уймёт пламя, что сжирает изнутри. Хочется напиться до беспамятства, да проспать несколько дней, не просыпаясь, забыться, но нельзя. Не имеет права, не сейчас. Как теперь ему в глаза смотреть? Как найти правильные слова? Есть ли они вообще?! Создатель, да откуда им взяться. «Прости, что позволил этому случиться?», «Извини, что вернулся я, а не она?», «Мне жаль?». Понятия не имеет с чего начать, но понимает, что придётся взять себя в руки.

Достаточно увидеть лицо только вышедшей девчонки в стражеских доспехах, чтобы подтвердить собственные мысли. Всё дерьмово. Не удивительно. Стражи тоже не железные. Всего лишь смертные, кем бы там их не считали другие.

Теперь многие косятся враждебно, прожигают взглядами. Сложно принять в свои ряды тех, с кем еще недавно сражались. Так и охота продемонстрировать им средний палец, напомнить… Останавливает себя. Не время и не место, есть дело куда важнее.

Тяжело выдыхает, заставляя себя сделать первый шаг. Ноги слушаться не хотят, но выбора особо не давали. Нужно. Просит в таверне ещё пару бутылок. Утопить боль в трактирном пойле – сомнительное решение, но другого он пока не придумал. Когда умер Дункан он только и мог, что сидеть, глядя в пространство тупым, отсутствующим взглядом и пытаться собрать себя по кускам. А кусков не хватало, потерялись где-то там среди пепелища Острагара, оставляя воспалённые раны.

Но она же не умерла!  Хочется верить, хочется убедить в этом себя, его, но слова не изменят того, что сейчас Хоук совсем одна по ту сторону и один черт знает, как всё это исправить и как долго она сможет продержаться.

Люди внизу громко переговариваются, Мариден заводит очередную песню, и, кажется, от ее слов становится еще паршивей. Чертовы менестрели, всё им нужно обратить в музыку.

Oh Grey Warden,
What have you done?
The oath you have taken is all but broken.
All is undone.

Хочется разбить её проклятую балалайку.

Ступенька за ступенькой – поразительно долгий путь, но где-то наверху слышен звон бьющегося стекла и Алистер бросается вперед за считанные секунды, преодолевая остаток пути, не стучась, открывая двери. Но с ним всё в порядке. В порядке… ха… насколько это вообще может сейчас быть. Его шатает, сильно, и Алистеру кажется, что возможно бутылки уже лишние, кому-то уже хватит. Откладывает из у порога и закрывает за собой дверь, проходя дальше, осторожно переступая осколки на полу.

- Сколько ты выпил? – тупой вопрос, но на умные его сейчас не хватает, хорошо хоть не одна из дурацких, рвущихся самих шуток.  Всё ещё не знает, как смотреть ему в лицо, - мне… - «Жаль» застревает где-то в глотке. Он подхватывает Карвера, когда ему кажется, что тот вот-вот слишком тесно познакомится с полом.

Отредактировано Alistair Theirin (2020-11-05 00:28:19)

+1

4

Голос спрашивает, много ли он выпил, и в его мозгах этот вопрос преобразуется во «все ли ты выпил». Карвер мотает головой, фокусируя взгляд сначала на темнеющем дверном проеме, затем – деревянных узорах на половицах и стеклянных осколках. Блестящие следы, засыхающие между досок сладкой пленкой. Видишь, не все!

Кто его вообще спрашивает?

Алистер?

Откуда тут Алистер?

Карвер хмурится и с силой пихает его куда-то в грудь, но попадает в плечо. Рука идет по касательной, и он рефлекторно вцепляется в отворот брони, смутно ощущая, что двух опорных точек ему не хватает. Да пошел ты, Алистер! Пошли вы оба! Его сжатая в кулак ладонь дергает плотную ткань, пытаясь не то оттянуть Алистера, не то оторвать от него кусок вместе с мясом. Почему он должен, кто-нибудь скажет ему? Должен глотать это, должен понимать, принимать и жить дальше. Смиряться, отдавая правый крест святой Андрасте, плевать хотевшей на закованную в доспехи женскую фигуру, поднимающую меч против мириадов демонов. Пленницу. Погибш…
Карвер глохнет от яростного вдоха, стук зубов тонет за плотно сжатыми губами. Одна за одной попытки ударить по Алистеру смягчаются, пока он наконец не сдается.

Почему он должен выбирать?

Гнетущая скорбь против неуместного вздоха облегчения сходятся в первом раунде, не пропустите наше шоу! Хотя бы…он. Вернулся живым.

Карвер отстраняется, ладонь скользит по лопатке и остается у локтя. Координация дает круг, и он слегка сжимает пальцы. Его глаза опущены и глядят куда-то сквозь пол. Эта Тень… Под землей или где-то за облаками? Мысли перебивают одна другую, а после и вовсе пропадают. Нос втягивает затхлый воздух вместе с соленой влагой.

- Ты… - он переводит взгляд куда-то на грудь Алистера. Видит напряженные жилы под кожей. Линию подбородка. Плечи поднимаются вслед за вдохами, опускаются выдохами, гипнотизируя. О чем он хотел спросить? Черт. Не выходит.

- Она…- он пытается иначе, но скулы сводит, и едва Карвер чувствует подступающие слезы, искра злости вновь вспыхивает в нем. Ему с трудом удается удержать порыв отступить.
(И повалиться назад, успокоив затылок обо что-нибудь острое)
(Слишком много мыслей для одной головы, привыкшей к легким решениям)
(Кинуть пару костей кажется неплохой идеей, Андрасте ведь умеет управляться рукой судьбы)
- Там… Что там? – он чувствует, как грудную клетку сдавливает, стоит ему лишь задуматься о просьбе оценить ее шансы. – Но постой, не говори. Сначала мне нужно найти кое-что.

Он тянет Алистера к дальней койке, где за одной из мощных ножек притаилась крохотная бутыль горячего. Он хочет сказать это взглядом: я просто не выдержу этого на трезвую голову.
(Если можешь стоять, значит ты все еще отвратительно трезв)
Но не может поднять взгляда. Алистер живой. Его сестра – нет. Картер злится, но… Он еще способен дышать благодаря тому, что сердце его друга продолжает биться.

+1

5

Алистер всё ещё не представляет, что со всем этим делать, как себя вести, что говорить. Есть ли вообще подходящие слова, объяснения, хоть что-нибудь! Как бы отчаянно не искал – в голове пустота, и её голос, врезавшийся в память и звучащий каждый раз, когда он прикрывает глаза.

«Уходите, я его задержу! Давайте!» - пальцы снова сжимаются в кулак, до побелевших костяшек. Хочется крикнуть голосу в ответ, что так нельзя, что это неправильно, чтоб в задницу заснула своё самопожертвование, потому что «ты не жертвенный агнец, Хоук, хватит! Мы уберемся отсюда вместе!» он должен был сказать это, должен был, даже если видел, что другого выхода сейчас нет. Сколько не убеждай себя, что она поступила как герой, легче не станет. В пекло героизм. В пекло великие жертвы, заставляющие терять друзей, заставляющие смотреть на то, как важный для него человек сейчас горит изнутри, то ли отталкивает, то ли наоборот боится, что он исчезнет. Молча, потерянно. Лучше бы ударил, лучше бы наорал, лучше бы проклинал за то, что он позволил этому случиться. Алистер знает, что полностью всё это заслужил, но он молчит. Удары смазанные, едва ли способны причинить хоть какую-то боль. Ничто не сравнению с тем, что с ним сейчас делает чувство вины.

Просто обнимает. Язык не поворачивается сказать хоть что-нибудь. Всё что он может – удерживать, не давая грохнуться на пол.
Голос Карвера нарушает тишину и Алистер с трудом переводит на него взгляд. Стыдно смотреть в глаза, но знает, что должен. Хотя бы это он ему должен. Ответить на всё, о чем бы он не спросил, ответить за всё, за что только сможет.

Наконец, спрашивает и сам же притормаживает его так и не давая ответить, тащит куда-то в сторону кровати. Алистер послушно следует за ним, придерживая, стараясь уберечь его от попыток приложиться то конечностями, то боком об острые углы. Кажется, ему напиваться ещё сильнее просто некуда, но Алистер ничего не говорит. Есть куда. До беспамятства. До той самой точки, когда уже ничего не будет чувствовать и просто упадешь во тьму. Он помнит как это и только тяжело выдыхает, усаживая его. Приносит от двери и собственную добычу. Разливает по кружкам и молча опустошает одну. То ли пойло мерзкое, то ли горечь всей этой дерьмовой ситуации – поди пойми.

«Что там?» - мысленно повторяет вопрос Карвера, раздумывая, что на это ответить. Можно было бы соврать, успокоить, как-нибудь обнадёжить, что ничего там страшного нет, всего лишь сон, мелочи для неё, но он бы попросту не посмел. Он никогда не врал дорогим ему людям. Честность. Правда. Какой бы отвратительной и тяжелой она не была.

- Кошмары,-  отвечает он, глядя на собственную кружку. Такое не забудешь. Свои. Чужие. Всё то чего когда-либо опасался или заталкивал в самые дальние уголки своего сознания выползает наружу в самых мерзких образах.  Нужно говорить правду. Но до чего же сложно заставить язык шевелиться, произносить то, от чего гонишь собственные мысли,- духи… кусочки чужих сновидений… Словно огромный лабиринт всего перемешенного.

И она в нём совсем одна. Он сцепляет зубы так крепко, что почти сводит челюсть.

- Есть где спрятаться…-  не попытка обнадёжить- робкая надежда за которую он сам цепляется всё это время. Кажется, Сурана говорил когда-то что в один из его визитов Тень была множеством комнат. Может быть каким-то чудом она смогла бы спастись от кошмара, может быть псевдо Джустиния сможет помочь еще раз, уберечь её?

- Карвер… - начинает и замолкает, запинаясь в самом начале фразы. Если бы Сурана был сейчас здесь он бы что-нибудь точно придумал, у него вечно получается даже самую дерьмовую ситуацию перевернуть вверх дном, сейчас бы это очень не помешало.
- Мы вернём её,- срывается как-то само, раньше чем он успевает подумать, - Слышишь меня? – он крепко сжимает его плечо.

+1


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » Когда свет погас [DA]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно