активисты недели:
нужные персонажи:

Re: Force.cross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » I wanna remember


I wanna remember

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

I wanna remember


Sasuke & Naruto//дом Наруто//возвращение Саске в деревню, будущее

http://forumupload.ru/uploads/0019/fe/89/455/t53049.jpg
✧✧✧
Желание Наруто защитить всех вокруг, в особенности Саске, приводит лишь к тому, что загоняет себя до потери сознания. О его состоянии знает только Цунаде. Ведь бывшая Хокаге часто видится с нерадивым героем войны — блондин предпочитает узнавать информацию у нее. Именно она ловит парня на первом обмороке. Узумаки же просит об этом молчать. Но разве можно что-то скрыть от того, с кем у тебя крепкая связь? Саске решает докопаться до правды, и поэтому, узнав ее, предпочитает помочь своему другу.

0

2

Саске редко прислушивался к слухам, что ходили по деревне. Играя в сломанный телефон, люди раз за разом изменяли посыл своих сообщений, и истина неизбежно тонула в гомоне их голосов. Об их с Наруто отношениях тоже ходило немало слухов. Некоторые из них были подкреплены какими-то весомыми аргументами, другие же были нелепыми от первого до последнего слова. Горожанам нравилось обсуждать жизнь главного героя деревни и главного предателя, а когда поползла информация о том, что их отношения вышли за рамки дружеских, мирные жители переполошились ещё сильнее. Кто-то отвергал саму вероятность романтической связи между мужчинами, кому-то не давало покоя прошлое Учихи, а некоторые, наоборот, стремились как можно больше узнать о сложных и тайных взаимоотношениях между, возможно, будущим Хокаге и предателем деревни. Наивным было полагать, что их особую связь никто не заметит. В конце концов, к ним обоим было приковано повышенное внимание, пусть и по разным причинам. К Наруто потому, что он успел стать кумиром для многих жителей, и вызывал неподдельное восхищение у доброй части населения этого мира. А Саске, совсем наоборот, был всегда под прицелом сотен глаз за свои прошлые ошибки. Даже будучи двумя первоклассными шиноби, они не могли полностью скрыться от всего общества, а в их крепкую дружбу уже не верил уже практически никто. В основном, слухи, которые распускал народ, были достаточно надуманными и гипертрофированными, но даже из них можно было извлечь какую-то пользу. Во всяком случае, именно из уст одной парочки, Саске в один прекрасный день узнал, что он, оказывается, чудовище, которое изводит Наруто и мешает ему нормально жить.

Как оказалось, Наруто в последнее время выглядел... мягко сказать, неважно. У него был очень усталый и потрепанный вид, реакция стала значительно хуже, и казалось, словно он вообще перестал спать и есть. Поговаривают, что зрелище было весьма плачевным, учитывая, каким ярким и солнечным Узумаки пребывал раньше. Сам Учиха этого не замечал - дома Наруто был абсолютно нормальным. Улыбался, дурачился, и вёл себя так, словно ничего особенного не случилось. Изредка он замечал некоторую заторможенность товарища - он реагировал на слова брюнета с небольшим запозданием, но Саске списывал это на то, что им обоим иногда бывает сложно подобрать слова. Впрочем, если верить слухам, ситуация была намного менее радостной. В любое другое время бывший нукенин пропустил бы подобное мимо ушей - он не привык доверять байкам, которые шныряют по городу как крысы, и особой правдивостью не отличаются. Однако... он беспокоился за Наруто и, черт возьми, знал, что этот добе может действительно чувствовать себя неважно, и скрывать это. Вполне в его стиле. Он всегда стремился помочь всем и каждому, но сам не хотел становиться обузой для других людей. Кто знает, что именно повлияло на его состояние - работа шиноби, подготовка к посту Хокаге, или вся эта нервотрепка, вызванная пребыванием бывшего преступника в его доме? Учиха справедливо полагал, что этот вопрос нужно решить как можно быстрее.

Вечер опускался на Коноху медленно, растекаясь тёмными красками по золотистому закатному небу, и Наруто скоро должен был вернуться. Наверняка он сразу почувствует слегка накалившуюся атмосферу в доме - Саске был взвинчен, но еще держал себя в руках. Он хотел, чтобы все эти слухи оказались просто очередной байкой, и хотел верить, что к состоянию Наруто непричастен. Потому что в противном случае им обоим, возможно, придется принять сложнейшее решение. Коноха все еще не хотела принимать того, кто был повинен в развязывании той жуткой войны. Саске не мог их судить, но эгоистично не хотел думать об этом - Узумаки успел стать для него всем. И, хоть иногда бывший нукенин вел себя холодно, он действительно искренне и сильно любил. Именно поэтому не хотел доставлять лишние проблемы тому, кто этого совсем не заслужил. Заварив себе чай, но так к нему и не притронувшись, Саске сидел на кухне и мысленно отбивал секунды в такт тикающим часам. Еще никогда ожидание не казалось таким долгим.

Наруто должен был вернуться с минуты на минуту.

+1

3

Резиденция Хокаге стала его убежищем или же скорее логовом, где он мог перевести дух. Точнее отлежаться, пока Какаши-сенсей и бабуля Цунаде пытаются вновь поставить его на ноги. Когда же это началось? Когда же Наруто перестал доверять своему телу, желая довести себя до полной потери сознания? Причин было для этого много — желание разобраться с последствиями войны [они так и не смогли за пару лет разобраться с тем, что еще тревожило сердца обычных людей; мир начал меняться и это задевало все страны — не все смогли смириться с желанием жить мирно; появились желающие взять все в свои руки, мечтая получить власть через злодеяния] и охота за глазами Саске. После войны, когда Саске только ушел из Конохи, многие были против, чтобы последний Учиха обладал такими сильными глазами. Было созвано собрание пяти Каге, на котором и решалась судьба Саске. Узумаки принял непосредственное участие, желая защитить друга. Джинчурики вызвался стать тем, кто будет следить за брюнетом, прекрасно понимая, что никогда так не поступит по отношению к другу. Еще тогда он высказал много гневных слов, заявив, что недоверие к Саске относится и к нему. Решилось все это в пользу Наруто лишь потому, что ему доверяли. Но парня предупредили, что многие попытаются забрать глаза Учихи, желая его силы. Наруто это прекрасно понимал, именно поэтому это привело к тому, что происходило сейчас с ним.
Сильное жжение в груди, частое дыхание, будто он задыхался, потеря сознания — это уже происходило с Наруто. Первый случился после нападения Саске на пять Каге, еще тогда до войны. Об этом знали только несколько человек и не собирались распространяться, потому что посчитали просто переутомлением. Это не стало тревожным звонком для близких друзей блондина. Просто стечение обстоятельств. Сейчас же все было иначе. Два случая потери сознания — один в кабинете Какаши-сенсея [хорошо, что в тот момент в резиденции была Цунаде, которая и смогла привести парня в чувства; она то и стала тем звонком, которая предупредила Шестого и нерадивого блондина, что истощение всех ресурсов тела привело к такому исходу и пожелала больше отдыхать; Наруто лишь отмахнулся, у него не было драгоценного времени на отдых], когда парень выслушивал последние новости от тех, кто уже сделал попытку пробраться в деревню, чтобы вырезать глаза Саске. Им не повезло лишь в том, что на тот момент Наруто оказался в нужном месте и заподозрил неладное. Еще одной их ошибкой было то, что они не знали, что парни жили вместе, поэтому искали в разрушенном квартале Учиха. У них не оказалось нужного информатора, который бы мог рассказывать новости из деревни. Хотя это ни для кого уже не было секретом, что Узумаки и Учиха живут вместе. За ними следила вся деревня, реагируя на это по-разному.  Джинчурики их не винил, он был готов к такому, когда выбирал Саске.
Второй же раз случился сегодня, во время тренировки с Курамой, но до обморока не дошло дело. Лис во время предугадал состояние своего носителя, поэтому остановил попытки джинчурики довести свое тело до своего предела. Биджу всегда был догадливым и слишком многое подмечал, именно поэтому, зарычав — потребовал убираться домой и отоспаться. Узумаки не стал спорить и поплелся к дому. Голова кружилась, и в горле першило, но парень двигался уже на автомате. Его сознание ускользало от него, и только сила воли не давала свалиться на землю. Наруто и не представлял себе, что люди успели придумать у себя в голове о виновности Саске в его состоянии. Это незнание могло усугубить положение. Узумаки даже и не догадывался, что его парень может об этом услышать и не так все понять.
Подняться по ступенькам оказалось труднее, чем раньше. Наруто приложил максимум усилий и теперь стоял, ожидая пока одышка оставит его. Нужно было показаться перед Саске обычным, ведь тревожить его Узумаки не собирался. Блондин не считал это ложью — таким образом, он хотел защитить дорогого человека. До этого он упирался в свои колени, глубоко вдыхал и выдыхал воздух, а потом распрямился и шагнул к двери. Саске уже знал, что он у двери. Они знали чакры друг друга настолько, что могли узнать их в нескольких метрах, не прилагая усилий.
Открыв дверь, Наруто шагнул за порог, оказываясь дома. Сморгнув пелену с глаз, шагнул дальше, выискивая Саске. Брюнет сидел за столом, сосредоточенно смотря в одну точку. Что-то было здесь не так и сердце Наруто на миг сжалось. Сдержав порыв порывисто двинуться к парню, тут же выдав, таким образом, свое состояние, блондин лишь спокойно и уверенно прошел ко второму стулу и уселся напротив [а ведь раньше у него не было и второго стула]. Склонил голову и потянулся, схватив руки Учихи, и слегка сжал, заставляя посмотреть в свои глаза.
— Привет. Все хорошо? О чем ты задумался? — хотелось жутко утянуть Саске в объятия и упасть на кровать, чтобы так пролежать весь оставшийся день и вечер. Но атмосфера в комнате вызывала мурашки на коже джинчурики. Саске был чем-то недоволен, и нужно было разобраться в этом. Сейчас их отношения перешли к этапу, когда они пытались решать все вместе. Ну, и почти все пытались. Наруто ощущал, что это как-то связано с ним и его тайнами. Это нервировало. — Саске? Я сделал опять что-то не то?

0

4

Саске ощутил возвращение Наруто еще до того, как открылась входная дверь, теперь уже, общего дома. Их связь, как нити, натягивалась от сердца к сердцу, и брюнет нутром чувствовал - блондин взволнован. И, наверняка, взволнован от того, что почувствовал сам. Они знали друг друга подчас лучше, чем самих себя, и легко распознавали малейшие изменения настроения. Учиха не был зол, не испытывал раздражения, но был обеспокоен происходящим и тем, какой разговор им предстоит провести. За то время, что они жили вместе, случилось самое страшное - брюнет так сильно привязался к своему партнеру и так сильно окунулся в собственную любовь, что теперь просто не мог представить жизни без Узумаки. Раньше все казалось проще, тогда чувства не были столь сильны, они грели душу где-то на периферии сознания, позволяя брюнету путешествовать в одиночестве. Сейчас, вспомнив наконец, каково это - иметь семью, дом и человека, который дороже собственной жизни... Саске не был уверен, что сможет вернуть былое равнодушие. Наруто снова наполнил его жизнь смыслом, и позволил ощутить, каково это - любить и быть любимым, невзирая на формальности. Он помог усмирить ненависть, и показал, что силу можно искать не только во тьме, но и среди света. Он помог понять, каково это - быть счастливым. Чувство, которое брюнет не испытывал многие годы, и уже не надеялся когда-либо испытать... Наруто был удивительным, и Учиха знал это всегда, но только сейчас, пожив с ним под одной крышей, понял, насколько же сильно недооценил его внутреннюю силу, его внутреннее солнце. Он действительно был намного сильнее - не физически, но духовно, и спас этим не только самого себя, но и наследника проклятого клана. Меньше всего на свете Саске хотел разрушить это хрупкое счастье, которое, наконец, появилось в его жизни. И он надеялся, что в жизни Узумаки тоже. Однако это еще предстояло выяснить...

Брюнет действительно смотрел немигающим взглядом в одну точку, но Наруто он слышал даже сквозь поток собственных мыслей. Почувствовав, как руки джинчуурики коснулись его собственной, Саске неосознанно слегка вздрогнул. Они вместе уже достаточно долгое время, однако привыкнуть к нежным прикосновениям всё еще было тяжело. Жизнь шиноби оставляет шрамы не только на теле, но и в душе, и последние заживают значительно дольше. Прикосновения блондина приносили ни с чем несравнимое удовольствие и ощущение уюта, покоя... но даже на них реакция все еще продолжала работать. Услышав вопрос, бывший нукенин, наконец, поднял взгляд на своего партнера. В черных глазах отчетливо ощущалась усталость, беспокойство и нотки какого-то подозрения. Скрывать эмоции от Наруто было делом бесполезным, и обладатель шарингана делать этого даже не старался.
- Пока еще не знаю... - будто пытаясь пошутить, произнес парень. С чувством юмора у наследника великого клана дела обстояли весьма плохо, и понять, когда он действительно иронизирует, а когда пытается поддеть, было сложно. Саске шутил либо обидно, либо не смешно, либо пугающе, с нотками угрозы. Впрочем, Наруто прекрасно знал эту его особенность и вряд ли всерьез отреагирует на укол. Учиха действительно был расстроен происходящим, а разряжать атмосферу не умел. Да и не видел в этом сейчас никакого смысла.

- До меня тут дошли слухи, что некто, будущий Хокаге, с ног от усталости валится и с трудом держит себя в вертикальном положении... Ничего не хочешь мне рассказать, а, Наруто? - опустив привычные прозвища, которые как-то смягчали суровый тон, произнес Саске. Любого другого человека, окажись он рядом, этот ледяной голос погрузил бы в истый ужас - казалось, одной искры хватит, чтобы бывший нукенин спалил несчастного собеседника, однако Узумаки обладал удивительным навыком усмирять поднимающийся гнев своего напарника. Учиха всегда отличался сложным характером, но Наруто легко ладил с демонами. И с тем, что сидел внутри него, и с тем, что бесновался внутри брюнета - с ненавистью. Хоть она и отступила на дальний план, Саске слишком долго рос в её объятиях, чтобы полностью задушить и уничтожить - она всегда будет его частью, и иногда будет искать выход. Сейчас брюнет не был зол, но был напряжен, взволнован и... хоть и не признается в этом, напуган безрадостными перспективами.    Это вполне могло обернуться вспышкой гнева, и первые намеки на оный уже проступали - губы сжались в тонкую полосу, а рука, накрытая ладонями Узумаки, сжалась в кулак.
- Я хочу услышать всё. От тебя. Не от них, - стальным от напряжения голосом произнес Учиха, бросив камень в огород общества, которое шепталось за их спинами. Только сам Наруто может подтвердить их слова или опровергнуть, но Саске надеялся на искренность со стороны своего партнера. В конце концов, им нечего было друг от друга скрывать, они уже перешли все мыслимые и немыслимые пределы откровений, и слишком хорошо чувствовали настроение друг друга, чтобы накладывать на это хоть какую-то завесу тайны.

+1

5

Наруто знал, что этот разговор рано или поздно произойдет. Саске не мог проигнорировать сплетни, которые бы касались отношений Учиха и Узумаки. Жители, которые не смирились, что теперь эти двое были парой – искали любой повод. Повод, который бы разрушил их отношения. Они цеплялись за любые события, иногда настолько нелепые, Наруто только на это только задорно улыбался. Блондин не мог изменить мысли каждого, подстроив их под себя. Он принимал их решение, но делал все, чтобы они поняли, что никто и ничто не сможет разлучить его с Саске. Только не после того, сколько они прошли для того, чтобы быть настоящей парой.

Хотя они и не были обычной парой, которая ходит на свидание, дарят друг другу подарки и обнимаются на людях. Нет, этого не было. Они всегда отличались от всех, поэтому и в отношениях у них было нечто иное – только похожее для них. Они могли целоваться с упоением дома, наедине от всех, обниматься и заниматься любовью, но на публике больше казались друзьями – переругивались, устраивали спарринги.  Их отношения могли бы быть для жителей загадкой, если бы сам не Наруто. Он понимал, что испортил момент, когда попробовал зажать Саске в коридоре резиденции Хокаге. У Какаши на тот момент работала слишком любопытная помощница, которая и застала их. Узумаки даже и не покраснел, только очаровательно улыбнулся и сжал в объятиях Саске. И получил же он потом хороший удар под дых от Учихи. Но оно того стоило. Джинчурики уже не мог скрывать их отношения, хоть он и понимал чувства Саске. Кроме того, что Наруто вести людей за собой, он мог и косячить в простых вещах. Ребенок, проживший большую свою жизнь без любви и правильного воспитания, не мог правильно вести себя в обычной жизни. Перед ним был всегда путь ниндзя, другого просто-напросто он не знал.

И теперь перед Наруто встал сложный выбор. Он мог чего-то не договаривать, но не врать своему любимому. Перед Саске нельзя было лгать, ведь сердце Учиха все еще не распростилось с ненавистью. Его было так просто разбить и заставить вновь погрузиться в пучину ненависти. Вернуть брюнета назад было тяжелой задачей [несколько лет для этого понадобилось]. Теперь же джинчурики не был готов потерять вновь любимого. Поэтому врать не имело смысла, но… Но и сказать правду – было равносильно заставить Саске винить себя в том, что бывший нукенин довел своего партнера до такого. Наруто заколебался, а внутри все сжалось от боли. Даже Курама внутри зарычал, будто предостерегая – лис не хотел боли для своего носителя, а еще не мог ничем помочь.

- Ха-х, Саске, я … - Что он мог сказать? Как правильно мог начать разговор, что не сделать больно? Наруто все еще был плох в этом, поэтому и замолчал так и не начав объяснять. Он отпустил взгляд, потому что смотреть сейчас в глаза Саске было выше его сил. Глаза и вправду были зеркалом, у Наруто уж точно. По ним Учиха бы прочитал – насколько сейчас тяжело Узумаки, как трудно ему быть обычным. – Значит, ты слышал эти сплетни. Что ж это было неизбежно. – улыбка пропал с лица и Наруто нахмурился. Он сделал выбор, но от этого не становилось проще.

Отпустив руки Саске, Наруто поднялся на ноги и сделал пару шагов к шкафу. Почувствовал головокружение, блондин остановился и схватился за спасительную деревяшку, удерживая равновесие. В горле встал ком, а перед глазами замерцали темные точки. Через силу сделав глубокий вдох, Узумаки распрямил спину. Но он так и не повернулся к Саске, не желая его тревожить.

- Саске, я мог бы сказать кучу чуши, чтобы отвести тему этого разговора в другое русло. Но я понимаю тебя, и мы обещали друг другу больше не врать и не лгать. – голос оказался слишком хриплым. – Я лишь хотел тебя защитить. Хотел защищать деревню, делал все возможное. Был слишком увлеченным в это, что не замечал своего состояния. Можешь у Курамы спросить, он то тебе скажет точно, что я не вру. Я знаю, что ты сильный и тебе не нужна моя защита и помощь. Но знаешь, как меня передергивает, когда я слышу, что кто-то хочет тебе причинить вред.  – Наруто зажмурил глаза, пытаясь избавиться от пелены, но тошнота подступала все сильнее. Даже деревяшка не казалась такой устойчивой и безопасной. – Я все еще не забыл тех, кто оставил на твоей спине герб нашей деревни. Прости меня Саске. – Наруто покачнулся и случайно разжал пальцы. Перед глазами все поплыло, и Узумаки начал заваливаться на бок, теряя сознание. Он больше ничего не слышал, так как в ушах стоял звон.

0

6

Саске не нужно было видеть глаза Наруто, чтобы понять, что он метко попал в самую суть. Блондин опустил взгляд, замялся, начал спешно подбирать слова - значит, не мог ответить прямо, с наскока. А это было весьма и весьма нетипичным поведением для джинчуурики. Эмоции Узумаки зачастую выглядели гипертрофированно, особенно положительные. И в этом не было ничего плохого, ведь улыбки этого человека были воистину искренними и от этого заразительными. Однако у всего и всегда есть обратная сторона - чем чище лист, тем сильнее в глаза бросаются темные пятна. Какими бы мелкими они не были. Резкая перемена настроения Узумаки расставила все по своим местам. Саске слегка нахмурился - он тоже не скрывал своих эмоций перед этим человеком. И хотя агрессия от Учихи не исходила, даже такое, малейшее проявление недовольства, намекало на крайнюю степень обеспокоенности происходящим. Узумаки обладал удивительной особенностью находить решение практически для любой проблемы, и сохранять при этом бодрость духа. А сейчас эта бодрость духа куда-то стремительно исчезала. Наруто был не уверен. То ли в своих словах, то ли в своих поступках, что автоматически настораживало Саске сильнее прежнего.
- Если это было неизбежно, почему ты мне ничего не сказал? - беззлобно спросил бывший нукенин. Он не не собирался начинать конфликт или уходить от этого диалога, закрывая глаза на проблему. Это не первая проблема, выпавшая на их общую долю. И не последняя, и уж точно не самая страшная. Слухи, бесспорно, еще не раз поставят палки в колеса их планам, но вот состояние Наруто волновало брюнета куда больше. Было в его движениях нечто странное, едва уловимое, но вызывающее определенное беспокойство. Блондин хоть и был уже достаточно взрослым и сознательным, иногда взваливал на себя больше, чем следовало. У него были друзья, у него был партнер, но он все равно зачастую пытался в одиночку идти против течения. В этом они были чертовски похожи, Саске тоже привык справляться с трудностями самостоятельно. Однако эта ситуация выбивалась из общей канвы — она напрямую касалась их обоих, а значит и решать ее изначально должны были двое.

Учиха молча выслушал слова блондина, которые обрушились на него таким потоком, словно это был не разговор на кухне между теми, кто практически связал себя семейными узами, а исповедь перед священником за все совершенные грехи. Почему-то примерно это бывший нукенин и ожидал услышать. Наруто всегда стремился защищать всех вокруг. Жителей деревни, саму деревню, страну, своих друзей, лиса внутри себя, других демонов, и даже совершенно малознакомых людей, что встречались на его пути. Он пытался решить все проблемы этого прогнившего мира, ставя чужое благополучие подчас выше своего собственного, и этим раз за разом подвергал себя опасности. У Учихи в этом отношении подход был радикально иным. Именно поэтому, с момента первой встречи и по сей день, брюнет и блондин порой находились буквально на ножах, что лишь добавляло пикантности их и без того непростым отношениям.
- Ты кретин, добе, - вздохнул Саске, и голос его, казалось, в одну секунду мог заморозить разом все реки, моря и океаны этого мира. То, что он услышал, ему не понравилось, и руки уже чесались отвесить своему напарнику по пятое число. - Это не твои проблемы, это даже не мои проблемы, это наши, общие проблемы, которые решать должны оба, а не кто-то один. Разве не в этом, черт возьми, суть отношений, которые мы пытаемся строить? Хватит тащить в одиночку ношу, предназначенную для двоих. Ты знал, что эта ноша будет. У нас был выбор, нести ее или оставить эту идею. Мы оба сделали этот выбор. Так какого черта ее несет лишь один из нас?
На последних словах, Саске и сам не заметил, как непроизвольно активировал шаринган. Пусть он и говорил ровно и спокойно, лишь с небольшим нажимом на отдельных словах, внутри бывшего нукенина стремительно закипала ярость. Не на Наруто, и даже не на общество, а на всю эту ситуацию, в которой они оба оказались лишь потому, что чувства оказались сильнее дружеских. Брюнет не винил окружающих, ему самому потребовалось два года, чтобы понять и принять эту любовь, ни на что не похожую. И это при том, что он находился в эпицентре этих эмоций, был с ними связан сильнее, чем любой другой человек. Жителям селения, вполне возможно, потребуется значительно больше времени. Ненавидеть их за это Саске не мог. Хотя бы потому, что Наруто продолжал работать на благо этого общества, оно представляло для него большую ценность. И Учиха уважал его чувства, даже если сам не всегда разделял точку зрения. Однако ничто из этого не отменяло того факта, что состояние Наруто приводило бывшего нукенина в бешенство. Его движения... выглядели так, словно он искал опору. Это инстинктивно заставило наследника великого клана напрячься, готовясь, если потребуется, помочь. В конце концов, Узумаки не в первый раз уставал на своей работе. Но впервые он умудрился довести себя до такого состояния, что в итоге потерял сознание.

Учиха среагировал мгновенно, подскочив к Наруто и поймав его в тот миг, когда он только начал падать. Шаринган позволял предвидеть действия противника, но он хорошо работал и в бытовых вопросах. Правда, Саске всегда надеялся, что он для подобных вещей не понадобится. Выставив в сторону единственную руку и поймав блондина за плечи, бывший нукенин толкнул твоего товарища так, чтобы Наруто навалился на него сбоку, головой упав на плечо.
- Уой, добе! - воскликнул брюнет, надеясь, что у Наруто просто закружилась голова, но нет. Джинчуурики действительно упал в обморок, и Саске даже помыслить не мог, что могло довести до такого состояния человека, энергия которого била через край практически круглосуточно. В том, что Наруто не придуривается, Учиха был уверен. Блондин хоть и совершал порой сумасбродные поступки, но самоубийцей не являлся. Прорычав себе что-то под нос от внутренней, распирающей злобы, Саске буквально потащил Наруто в спальню. Он не мог нести его так, как обычно переносили друг друга шиноби, так как перехватить под вторую ногу не смог бы при всем желании. Поэтому единственным выходом было перекинуть руку Узумаки через свое плечо, и, удерживая ее головой, единственной рукой поддерживать его за талию. Ноги все равно волочились по полу, но изобретать что-то более сложное времени не было. Дотянув своего напарника до постели, и уложив на нее, Саске поспешно начал вспоминать все, что знал по поводу обмороков. Сейчас у него не было времени на эмоции, хоть ненависть и бесновалась внутри, как голодная дикая псина. Пульс был, сердце билось - это было первое, что проверил Учиха, прежде чем стянуть с Узумаки верхнюю одежду выше пояса. Она сминалась, и могла препятствовать нормальному кровообращению, особенно в области шеи и головы. Медиком брюнет не был и действовал скорее интуитивно, так как не мог позволить себе тратить время на составление какого-либо плана. Укрыв несчастного будущего Хокаге пледом, что лежал на постели, Учиха опустился рядом с ней и максимально аккуратно, насколько позволяла наточенная на битвы рука шиноби, постучал Узумаки по щекам.
- Очнись, добе! Очнись, пока я не спалил это селение ко всем чертям... - громко и максимально четко произнес Саске, не скрывая ноток очевидной агрессии. Не к Наруто, и даже, наверное, не к селению, а к собственной беспомощности. Впервые за многие годы, бывший нукенин вынужден был признать - он был напуган. Напуган состоянием Узумаки и отсутствием информации обо всем происходящем. Сколько раз он уже вот так вот теряет сознание? Сколько уже себя изматывает? До какого психологического истощения он себя довел? Ненависть, долгое время дремавшая на границе сознания, готова была снова проявить себя во всей красе.

+1

7

Наруто утонул в спасительной темноте, но даже и она не была такой уж приятной. Ему казалось, что он упал в воду. Даже здесь он не чувствовал себя в безопасности. Он хватал губами спасительный воздух, бил руками по воде, пытаясь выплыть. Но это было бесполезно, вода не отпускала, поднималась все выше и выше. Стремительно наполняя комнату, в которой оказался Узумаки. Он пытался осмотреть ее, пытаясь найти выход - разочаровался и тонул. Отсюда нет выхода - джинчурики осознал это, когда вода накрыла его голову. Блондин не сдавался в любой ситуации, но сейчас открыл рот и выпустил последние остатки кислорода, принимая и признавая поражение. Так было правильно, так можно было получить покой. Он услышал довольное журчание, убаюкивающее. Закрыв глаза, Наруто стал опускаться вниз, а перед глазами возникли разнообразные образы его прошлого. Силуэт Саске возник последним. Учиха смотрел неодобрительно и с ненавистью. Наруто хотел бы разгладить складку между бровей брюнета, но понимал, что не сможет. Да, Узумаки понимал, что натворил - скрывая все от своего партнера. Но даже бы сказав правду, это все бы выглядело как оправдание. Глупые мысли и желания. Наруто и Саске нужно было многое научиться делать вместе. Они испытывали трудности при решении общих проблем. Два одиночки не могли быстро найти решение, потому что привыкли решать все сами. Но теперь став ближе, все еще держали дистанцию в некоторых вопросах, не зная, как это - сделать вместе. Ошибались оба, ссоры были неизбежны, но это и делало их ими. Они не могли жить и сосуществовать друг без друга.

- Хей, не смотри на меня Саске с таким осуждением и ненавистью. Я накосячил, прости. Я всегда поступаю неправильно, оступаюсь и делаю шаги назад, заставляя тебя страдать. - Наруто пытается это сказать одни губами, так как из-за воды его слов не слышно. Он сжимает руки в кулаки, стискивая их сильно, и впивается ногтями в кожу до крови. Кривит губы в раскаивающейся улыбке и пытается вновь выбраться из пучины воды, желая все рассказать настоящему Саске, а не образу.

У него не сразу получается отделаться, но выбив путь тебе кулаком, джинчурики судорожно хватает воздух и открывает глаза. Он лежит не на полу,  а на кровати. Саске, как всегда, не бросил его, успев поймать. Они всегда поставляли плечи друг другу, помогая в трудных ситуациях. Все кружится, но теперь Наруто может узнать очертания своей комнаты. Он закусывает губы и тут же кривится от того, что закусил язык. Фырчит от недовольства, но поворачивает голову в сторону Учихи. Он знает, что Саске рядом и ожидает его реакции. Щеки горят и Узумаки догадывается, что брюнет слегка попытался его разбудить или заставить прийти в себя. Действенно получилось, джинчурики слышал последние слова Саске. Хохотнув, блондин охнул и схватился за ребра. Что ж, видно все же он сильно вздохнул - раз аж ребра были возмущены таким обращением.

- Ты не хочешь этого делать, Саске - Наруто расслабляет руки и пытается приподняться, но его клонит, и блондин вновь падает на кровать. Недовольно поджимает губы. - Прости, я опять оплошал, сделав тебе больно. Я не хотел ничего скрывать, но ты бы не одобрил мои действия. Да, мы бы могли поговорить и все решить вместе. Но тогда у меня в голове все помутилось. - Узумаки поднимает руки и касается ею щеки своего парня. Сейчас он не готов раскрывать тот факт, что ему хреново настолько, что он держится на одной силе воле. Но он видит, что Учиха и сам все видит. Он не слепой, они друг друга чувствуют. И даже сейчас блондин чувствовал беспомощность, ненависть внутри своего друга. Это огорчало, потому что виновником все этого был сам Наруто. - Что ты хочешь услышать именно от меня? Я готов рассказать и получить свое наказание. - Наруто впервые улыбнулся как и обычно.

Чуть отодвинувшись на кровати и освободив место, Узумаки похлопал рядом с собой. Он не был уверен, что в таком настроении Саске согласится, но даже если и откажется - Наруто это не остановит. Он подмечал каждое изменение внутри и внешне в бывшем отступнике. Поэтому фыркнув и заставив себя взять еще чуть больше сил из запаса Узумаки Наруто, схватил за руку брюнета и потянул на себя, заставив его завалиться к себе не полностью, но это уже было хоть что-то. Получилось так, что лицо парня уткнулось в грудь джинчурики и Наруто позволил себе закрыть глаза на пару секунд, чтобы собрать себя по кусочкам заново. Только рядом с Учихой он чувствовал себя цельным и собранным. Брюнет придавал ему сил для новых свершений, делал сильнее взбалмошного джинчурики. Половинки одного целого.

+1

8

Сказать, что Саске был в бешенстве - это сильно преуменьшить его реальное состояние. И хотя Учиха никогда не был джинчуурики, иногда в его душе бесновались собственные демоны, куда более страшные, чем хвостатые. В отличие от Курамы и остальных, демоны в душе отступника не имели ни разума, ни воспоминаний. Они не способны были испытывать хоть что-то, помимо ненависти, и в этом была их главная сила, в этом же крылась и опасность. Брюнет учился подавлять в себе приступы злобы, хотя долгие годы жизни мстителя наложили на его сердце отпечаток, который невозможно стереть. И хотя бесы стали значительно слабее с тех времен, недооценивать их не стоило, и Наруто знал это. Злоба за то, что произошло сегодня, заденет его слегка, а кому-то... кому-то повезет меньше. Учиха привык решать проблемы со своими недругами радикально, а недругами являлись все, кто представлял угрозу ему или его семье. В которую, как бы странно это не звучало, теперь входил и Наруто.

Увидев, как тот приходит в себя и пытается встать, бывший нукенин издал что-то, отдаленно напоминающее утробный звериный рык. Узумаки совсем о себе не заботился, и сейчас, вместо того, чтобы лежать смирно и приходить в себя, пытался опять что-то сделать, куда-то бежать, что-то исправить. Неисправимый добе. Брюнет редко демонстрировал эмоции открыто, но сейчас все его недовольство явственно читалось на лице, а взгляд, вопреки волнению и беспокойству, был колким и предупреждающим.
- Если ты сейчас попытаешься встать с постели - я тебя к ней привяжу. Сначала вырублю, а потом привяжу, - без доли иронии или шутки произнес нукенин, с нажимом положив свою единственную руку на плечо блондина. На замечание Наруто относительно поджога селения, юноша только хмыкнул. Он действительно не хотел этого делать, но в пылу ненависти способен был на многое. Узумаки знал это лучше, чем кто-то другой, и Саске не сомневался, что этой фразе партнер придаст значение.

- Не одобрил бы... - утвердительно произнес бывший нукенин, когда его потянули на постель, но сопротивляться не стал. Несколько секунд полежал, уткнувшись в грудь партнеру, и залез на нее полностью, навалившись на Узумаки всем весом, буквально приковывая его к матрасу. Несмотря на всю осторожность, с которой действовал и говорил Учиха, очевидным оставался тот факт, что настроение у него все еще было ниже точки замерзания воды. Сев на блондина и обхватив коленями его бедра, Саске вздохнул. Будь у него две руки, он бы точно сложил их на груди, демонстрируя всю степень своего недовольства.
- С чего бы начать... Как насчёт "всё"? Я хочу услышать всё. Как давно это началось? Как часто происходило? И что послужило всему причиной? Как долго ты собирался с этим жить и как долго собирался от меня скрывать? - голос брюнета был обманчиво-мягким, он вел себя будто хищник, загнавший добычу в угол и теперь лишь силой воли удерживаемый от атаки. И Наруто наверняка чувствовал, каких усилий Учихе стоит сохранение самообладания. Он знал, что причастен к происходящему, пусть и косвенно, неосознанно. И зол был не только на поступок блондина, но и на самого себя. Не будь они вместе, проблем на плечах будущего Хокаге было бы значительно меньше. Брюнет всегда доставлял джинчуурики проблемы. Еще со времен формирования седьмой команды был угрозой для его светлой мечты. И ничего не менялось с годами. Это выводило из себя, но еще больше раздражало отсутствие очевидного решения. Попытка докопаться до истины - не только желание понять Наруто и понять ситуацию, но и попытка найти выход из нее.

- Так больше не может продолжаться. Мы должны со всем этим разобраться, если хотим продолжать жить вместе, - самый страшный, лично для Саске, факт, наконец, прозвучал. Он не хотел даже допускать мысли о возможном расставании, в конце концов, Наруто стал его личным лучом света, ценнейшим сокровищем и единственной причиной жить дальше. Но то, что сейчас происходило, сложно было назвать жизнью. Наруто целенаправленно истязал сам себя ради их отношений, а Саске ничем не мог ему помочь - его на пушечный выстрел к делам селения не подпустят. Прошлые ошибки сковывали нукенина по рукам и ногам, уже то, что он был свободен в перемещении - чудо, которое костью в горле стояло многим жителям селения. Лишний раз высунувшись из дома и проявив себя, Учиха рисковал навлечь гнев на них обоих, но беспомощность - страшнейшее наказание для сильнейшего шиноби. Это так... парадоксально. Он овладел силой, которую многие называют божественной, но не мог помочь своему партнеру справиться с бытовыми проблемами их сожительства. Это раздражало, до хрустя костяшек пальцев. И пугало, ведь напоминало те самые дни далекого детства, когда он был такой же обузой своему старшему брату.

+1


Вы здесь » Re: Force.cross » // фандомные эпизоды » I wanna remember


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно